Когда Аднан вернулся я все еще сидела на полу, закрыв уши руками, зажмурившись и раскачиваясь из стороны в сторону, когда вдруг меня подняли за волосы вверх и мой хозяин проревел мне прямо в лицо:

— Ты жалкая русская подстилка недостойная лизать Максуду ботинки. Он остался из-за тебя без руки как самый поганый вор. Пошла вон с глаз моих, пока я не оторвал тебе голову.

*1 матерные слова на арабском.

ГЛАВА 7"

"Пошла вон? Интересно куда? Залезть под матрац? Под одеяло? Я бы с удовольствием пошла отсюда не просто вон, а куда намного подальше. Только для начала снял бы с меня ошейник я себя в нем чувствую скотом на привязи. Лошадью или коровой, а может сукой…как они нас называют на своем языке русскими проститутками и суками. Аднан спас меня от Максуда, но я не чувствовала ни благодарности, ни радости. Это не было спасением. Просто одно животное более сильное и уважаемое в стае отобрало свою добычу у другого. При этом неизвестно, кто более яростно раздерет жертву, мне почему-то казалось, что это далеко не Максуд и от ужаса сводило скулы и скручивало в узел желудок. Он говорил, что Аднан раньше делился с ним женщинами, отдавал их после себя, как рубаху с барского плеча. Говорил, что они вдвоем насиловали и мучали несчастных. Оставалось только гадать как мой хозяин потом поступит со мной, когда я стану для него пройденным квестом и какая участь более ужасна погибнуть сегодня от рук Максуда или быть втоптанной в грязь сапогами ибн Кадира?

Вдалеке слушался тихий скулеж, и я приподнялась на колени. Стараясь рассмотреть, что происходит за пологом палатки. Вспомнила как пес, который откусил руку Максуда выполз отсюда, оставляя за собой кровавый след. В палатке убрали почти мгновенно. Вынесли испачканные шкуры, затерли пятна крови на брезенте. Я не знала кто эти люди, но они не были бедуинами, на них была другая одежда свободные шаровары и совершенно голые торсы. На лицах черные татуировки похожие на орнаменты на руках Аднана. Почему-то казалось, что это клеймо, а не украшение. На их шеях кожаные ремни с петлей спереди. Я ужаснулась внезапному пониманию — это ошейники. А эти мужчины рабы. Они прислуживают Кадиру и его войску далеко не по доброй воле. Их выкрали, как и меня…вот так просто превратили их в низших существ. Все внутри содрогнулось от мысли что им прошлось пройти и как эти татуировки, вблизи больше напоминавшие ожоги, оказались на их лбах и щеках.

А если со мной поступят точно так же? Если потом меня превратят вот в такое безмолвное существо, готовое по приказу хозяина вылизывать языком пол?

Я не буду такой как они. Я скорее покончу с собой! Ему не превратить меня в свою подстилку. Я обязана бежать отсюда. Украсть мази Икрама, воду, сухофрукты и идти в противоположную сторону.