— Слушай, Аля, хватит дурить, — серьезно говорит Олег, — я  не для того с тобой два года гулял, чтоб сейчас все похерить…

— А для чего… гулял? — мне становится даже интересно, причем настолько, что решаю повременить с битьем морды.

— Не будь дурой, а? — кривится он, — сама все понимаешь…

— Нет, — ровно отвечаю я, — я дура. Не понимаю.

Олег делает паузу, судя по всему, собирая в голове нужные слова.

Я терпеливо жду.

— Аль… — наконец, вздыхает он, подпускает в глаза романтического флера и тянется к моей шее. Тут же получает по пальцам, досадливо цыкает, — ну вот что ты за дура такая! То жмешься, как кошка, нихера не спрашивая ни о чем, то устраиваешь разборки на пустом месте… Да я даже трусы с нее не снял! Ну о чем говорить? Я только тебя люблю!

У меня складывается совершенно четкое ощущение, что Олег хотел совсем другое сказать, но в последний момент передумал, заменив правду пошлыми банальностями.

— Если это все, то я пойду, — в конце концов, я тоже не железная, стоять тут слушать бред и сдерживать себя от желания ударить его в нос.

— Не все, — он разворачивает меня, не пуская из капкана своих рук, — я тебе предложение хотел делать, через неделю примерно.

— Ка-ка… — я кашляю от неожиданности, потом выдавливаю, — какое еще предложение?

— Не тупи, Аль. То самое. Кольцо заказано, скоро привезут, и всякая романтическая хуйня, типа воздушного шара, скрипачей и крыши небоскреба тоже. Ты же это любишь все…

Да, я тоже думала, что люблю… До перечисления всех атрибутов правильной помолвки его мерзким голосом.

В голове калейдоскопом мелькают  картинки инсты: закат, мы на его фоне, Олег на одном колене, надевает мне кольцо, крупно — кольцо, чтоб все могли заценить количество карат, розы, два бокала шампанского, еще раз кольцо…

Черт… Тошнить начинает сразу же…

— Как романтично… — хриплю я.

— Вот-вот…  И сейчас ты все херишь, — продолжает воодушевленный Олег, — из-за какой-то шлюшки. Ну где она и где ты, Аль?

Он наклоняется ниже, привычно сладко урча в шею, и если раньше меня этот приемчик заводил до мурашек, то сейчас ничего, кроме омерзения, не вызывает.

Отталкиваю его обеими ладонями.

— А ей что говоришь? — шиплю я, — те же самые слова? Или новые придумываешь? Хотя, зачем придумывать, если все и так ведутся, да?

Подныриваю под его рукой, отступаю на шаг."

"Олег уже не удерживает, стоит, привалившись к двери машины, смотрит на меня зло.

— Так ты не теряй деньги, — продолжаю я, — и место, опять же, заказанное… Ей все это предложи! Какая разница, да? Я дура, она — дура… Сколько нас таких, дур? Или я чем-то выделяюсь? Чем же?

Задаю вопрос и сама нахожу на него ответ.

— Тебя… Тебя отец давит? Да?

По проскользнувшей и мгновенно пропавшей гримасе на его лице понимаю, что права на все сто.