Окна большие, и света здесь много, всё переливается, золотится так, что создаётся впечатление, будто я попала как минимум в Олимпийский комитет.

В приёмную возвращается мужчина, который привёл меня сюда.

– Простите, но придётся подождать, – виновато улыбается. – Игорь Степанович отлучился по срочному делу и на звонки пока не отвечает.

Переживая за собаку, я смотрю на часы и спрашиваю:

– Может, мне прийти в другое время?

– Результат может быть таким же, – он пожимает плечами. – У директора очень много дел, и здесь он появляется нечасто.

– А ещё кто-нибудь может провести собеседование за него?

– Сейчас узнаю, – он снова оставляет меня одну.

Но вскоре появляется девушка, чья спортивная фигурка вызывает восхищение.

– Вы из агентства? Пройдёмте со мной.

И вот я, хватая ртом воздух, смотрю на вчерашнего грубияна."

"– Рус, она пришла, – говорит девушка и уходит.

Сжимаюсь, понимая, что мне ничего не светит, а мужчина вдруг говорит:

– Добрый день. – Поднимается и протягивает руку. – Меня зовут Аскеров Руслан. А вас?

Пожимаю ему руку и тихо отвечаю:

– Зефира Лёгонькая?

– Как-как?

Поджимаю губы. Вот так всегда! Как слышат мою фамилию, сразу смеяться и шутить начинают. Повторяю громче, глядя ему в лицо:

– Да, вы не ослышались. Моя фамилия Лёгонькая.

– Теперь точно расслышал, – улыбается он, и весёлый блеск его синих глаз бесит до жути. – У меня небольшие проблемы со слухом, поскольку из-за бессонницы я был невнимателен в поединке и пропустил удар в ухо.

Решаю не обращать внимания на скрытый упрёк, ведь лаяла вовсе не моя собака. Чтобы хоть как-то продолжить разговор, уточняю:

– Вы боксёр?

– Кикбоксёр, – поправляет он.

– Как Ван Дамм? – усмехаюсь я.

– Это актёр, – мрачнеет Руслан.

– Может, отпустите мою руку?

Он разжимает пальцы и опускается в кресло.

– Присаживайтесь, Зефира. Я могу вас так называть?

– Да, ведь это моё имя, – жму плечами.

Он открывает папку, которую принесла девушка, и удивлённо приподнимает брови:

– У вас нет официального опыта работы?

«Иначе я работала бы не здесь, а реабилитационном центре».

– Нет, но у меня хорошая частная практика. На всякий случай я приложила копии благодарственных писем.

– Вижу, – он перелистывает их, быстро пробегая глазами. – В основном вы работали с детьми. Почему?

– Наверно, потому, что люблю детей, – отвечаю осторожно, не понимая, зачем ему об этом знать. – Вас это настораживает?

– С чего бы? – он иронично косится на меня. – Я считаю, что это хорошее качество. Но здесь будет бесполезным…

– Не скажи, – вдруг смеётся кто-то за моей спиной, и в кабинет входит молодой мужчина, чьё спортивное тело не оставляет сомнений в его роде деятельности.