Они смотрят на меня с надеждой и без капли осуждения, а я ненавижу саму себя за то, что готова так просто сдаться. Мне больно, и я одна, но малыш, который вот-вот появиться на свет — это то, что у меня от него осталось. Я не имею права ему навредить, поэтому делаю глубокий вдох и по команде тужусь.

— Сердцебиение слабое, — слышу тихий голос Васильевой.

Она обращается не ко мне — к детскому доктору, который слабо кивает и дает команду персоналу для случай, при котором может понадобиться экстренная помощь. У меня не получается сделать так, как они того просят.

Радостный день, который должен быть наполнен улыбками и умилением, грозит превратиться в мой персональный кошмар.

Стелла склоняется надо мной, заглядывает в мои глаза. Они у неё красивые — небесно-голубые в обрамлении светлых пушистых ресниц. Стелла убирает мои волосы набок, обтирает лицо влажной салфеткой, смывая бисеринки пота на лбу и висках.

— Ты можешь его убить, — спокойным тоном произносит она.

Она констатирует факт, произносит это спокойно и буднично, но здорово отрезвляет моё сознание. Тормошит и выворачивает меня наизнанку своими словами.

 Я не могу потерять ребёнка по своей же глупости. Мужа я уже так потеряла.

Берусь руками за рычаги на кровати, закрываю глаза, вижу перед собой спокойное лицо Руслана.

Если ты не можешь присутствовать со мной, пожалуйста, прибавь мне немного уверенности и силы. Я в ней нуждаюсь… В тебе нуждаюсь.

Услышав команду от своего доктора, начинаю тужиться. Вкладываю в это действие максимум своей силы. Не жалею себя, терзаю, делаю себе больно. Плевать я хотела на то, что мой пупок странно выдувается, что болят глаза и до истерзанных губ с металлическим привкусом крови распирает внизу живота.

Главное, чтобы Куратов-младший скорее пришел в этот мир живым и здоровым, чтобы ему не потребовалась детская реанимация, а мне — седые волосы и кровоточащее сердце.

Кто-то тормошит меня за плечо. Я открываю глаза, вижу перед собой добродушное лицо Ланы.

— Достаточно, Ева, он уже родился на свет.

Тоненький писк, который я слышу возле себя, полностью переворачивает моё сознание. Он здесь, он живой, он рядом. Он пришел в этот мир, чтобы спасти меня. Маленькое тельце в белой смазке опускают на мой живот.

Сын тёплый, забавно шевелит ручками и ножками.

Я вижу чёрные волосики, крошечные пальчики и взгляд, который мурашками проходится по моему телу. Его глазки-щёлочки едва открыты, очертания лица пока смазанные и неточные, но я уже вижу в нем того мужчину, которого мне так в этой жизни не хватает.

Горячие слёзы безостановочно катятся по лицу, остановить которые никто не в силах. Я глажу крошечную спинку, головку и не могу поверить в то, что только что стала мамой.