– Нарываюсь? – переспросил я.

– Угу! – кивнула Грохольская. – На неприятности! Я между прочим знакома…

– С кем? – заинтересовался я. Неужели Алена все-таки расколется? Неужели она все-таки вступила в сговор с Елизаровым-младшим?!

– С дочерью шефа, – нехотя призналась Алена.

Ага, интересно. Значит, она подруга Светы. Вот откуда у нее карточка постоянного клиента. Потому как я никогда не видел Грохольскую в «Черемухе». Эту девушку я бы запомнил. Тогда, может, и Света задействована во всем этом спектакле? Развели меня, как лоха, заставив переодеться в жуткие шмотки Ярика, а теперь наблюдают и ржут.

Кажется, у меня уже развивается паранойя.

– И давно ты дружишь с дочерью шефа? – настороженно спросил я.

– А тебе-то что? – насторожилась Алена.

Я спрыгнул со стола и встал напротив. Теперь мы смотрели друг другу в глаза, словно дворовые кошки, которые не смогли разойтись. Из крана бежала вода. Я перевел взгляд на тарелку в руках Алены. Несколько пенных капель сползли и шлепнулись на пол. Одна песня сменила другую…"

"– О-о! – внезапно протянула Грохольская. – Imagine Dragons! Обожаю эту группу!

Лицо Алены было таким счастливым, будто она увидела своих кумиров вживую.

Глядя на нее, я не смог сдержать улыбку.

– Ох, Believer! – Алена закивала в такт песне.

Пока Грохольская наслаждалась, я быстрым шагом подошел к двери и дернул за ручку. Отлично, нас заперли…

В помещении было всего одно окно, которое располагалось довольно-таки высоко. Мне пришлось подпрыгнуть. Ухватившись за подоконник, я подтянулся, чтобы посмотреть на улицу.

– Дим, ты чего? – донесся за спиной растерянный голос Алены.

Окно выходило в тихий двор-колодец.

Я разглядел большой куст сирени и желтую пустую скамейку, освещенную уличным фонарем. Толя сказал, «руководство» дало нам всего пять минут…

– Не так уж много мы и задолжали заведению, Ален. Почему мы должны мыть посуду за какими-то мажорами? Извини, конечно, если тебя задел…

– Ничего-ничего! – поморщилась Грохольская, поправляя золотые кольца на пальцах. – Мы, мажоры, знаешь ли, к такому отношению привыкшие…

Наверное, снова смеется надо мной.

Я вновь подпрыгнул и одним рывком распахнул окно.

В помещение тут же проник прохладный вечерний воздух. Выразительно посмотрев на девушку, я кивнул в сторону окна.

– После такого нас стопудово больше не пустят в «Черемуху»! – покачала головой Алена.

– Точно! – согласился я, усмехнувшись. – А ты ведь еще фисташковый рулет не попробовала! Анатолий вроде бы его рекомендовал…

– Иди ты! – тут же отозвалась Грохольская, оглядываясь на дверь. – Вот же встретился мне чудик! Повезло так повезло!

Я взглянул в зеленые глаза:

– Осталось полторы-две минуты.