– Вот как, – пробормотала я, чувствуя, что краснею.

– Вижу, для тебя это открытие.

– И даже неприятное, – согласилась я и тут же быстро произнесла: – На самом деле все не так уж ужасно, как описала Света… Вернее, ничего веселого в этой истории, конечно, нет. То, что сначала задумывалось, как шутка…

Я подавленно замолчала. То, что сначала задумывалось, как шутка, переросло в нечто иное. И теперь мне совсем не до смеха.

– Да ладно, что ты так нервничаешь? – удивился Ярослав. – Я ж тебя ни в чем не обвиняю… Просто стало интересно, как это вам в голову пришло…

Если Ярослав уже успел преподнести эту историю Диме, да еще в таком же ключе, как рассказала Света, то… Все пропало. Я пропала! Дотянула, называется.

– Я не нервничаю! – сердито ответила я. – Просто должна тебе сказать… Дима очень хороший. Мне бы не хотелось его обижать.

Елизаров, усмехнувшись, засунул руки в карманы светлых летних брюк.

– Ладненько. Передавай горячий привет Царевой!

Я стояла, опустив голову. Теребила ручки большого бумажного пакета, в котором лежали Настины вещи. Скоро я распрощаюсь с ними навсегда. Как и с образом «мадам Грохольской».

Елизаров развернулся и неторопливо направился к выходу из двора. Осталось узнать последнее. И самое важное. Набравшись смелости, я крикнула дрогнувшим голосом:

– Ярослав?

Парень тут же обернулся.

– Ты уже… рассказал все Диме? – спросила я.

Он отрицательно покачал головой.

– Это не мое дело, сами во всем разбирайтесь! Так будет честнее.

Затем парень достал из кармана ключи от машины и продолжил свой путь, а я зашла в подъезд. Поднимаясь на лифте, привычно пялилась на себя в зеркало. Скоро мы покинем нашу «штаб-квартиру». Эксперимент подошел к концу. Все вышло так, как изначально и планировала Царева. Я сумела заинтересовать первого встречного парня, и спустя несколько дней он признался мне в любви. Честно сказать, я не ожидала, что все так быстро получится. Неужели причина исключительно в уже надоевшем образе Грохольской? Вспомнился наш с Ксеней разговор на прошлой неделе в баре. Подумала об этом и горько усмехнулась. Тогда я била себя кулаком в грудь: да чтоб я строила из себя кого-то? С понравившимся человеком буду самой собой! И в итоге что?

Эксперимент подошел концу, и все-таки в воздухе витает та самая недосказанность. До этого мне казалось, что я умею хранить тайны, то теперь неприятное свербящее чувство тревоги не давало покоя. В голове возникали все новые вопросы. И самый главный из них – что может быть общего у моего милого чудика с этим напыщенным индюком, Ярославом Елизаровым?

* * *Царева открыла мне дверь с забавным пучком на голове и в ядовито-розовых резиновых перчатках.

– Заходи-заходи! – поторопила она меня.

Я тут же протянула ей пакет с вещами.