– Думаешь, я куда-то пропаду?

– От тебя, пожалуй, отвяжешься! – смутившись, согласилась я. – Все, хорош сопли разводить! Меня, наверное, уже мама заждалась…

Я подошла к двери подъезда.

– Как можно скорее расскажи все Ксене! – напутствовала я Петьку, нащупывая в кармане толстовки ключи.

– А сама-то уже поведала страшную тайну своему чудику? – спросил он, продолжая сидеть на скамейке. Я чувствовала, как он сверлит взглядом мой затылок.

– Как-то не до этого еще было, – виновато произнесла я, оборачиваясь.

– Ну, спокойной ночи, Горошкина! – усмехнулся Петя.

– Сладких снов, Петюнчик! – эхом отозвалась я.

Петька встал и не спеша побрел вдоль темной аллеи. Зажженные фонари отбрасывали на асфальт длинную тень. Я вспомнила, как друг то и дело просыпал начало занятий и приходил ко второй паре. Как присылал смешные картинки, как забавно подкалывал, как сердился, когда мы с Царевой сочиняли стишки про него. Как на перемене приносил в аудиторию кофе из автомата и большой «Твикс» и как обязательно делил эти две палочки между мной и Ксеней. Как давал списать английский, как нес меня до дома, когда я стерла ноги. Как поддерживал, когда меня предал человек, которого я впервые полюбила.

Вскоре Петя свернул за угол, а я вошла в слабо освещенный подъезд. Меня охватило странное чувство, какое обычно бывает во второй половине августа: легкое и тяжелое одновременно. Когда лето подходит к концу, но в памяти остаются яркие теплые моменты. Впереди-то целая жизнь!

Я слишком все драматизирую. Никакой трагедии не произошло. Мы просто будем чуть реже видеться.

Лифт не работал, и я побежала на свой этаж, перепрыгивая через две ступеньки. Повторяя про себя в такт шагам: «Петь-ка досто-ин счастья. Петь-ка дос-то-ин!»

Глава шестнадцатая

ДимаЯ сдал этот чертов зачет с первого раза. Даже не верилось. С начала семестра у меня складывались не самые лучшие отношения с преподавателем, и, если честно, я думал, что он меня завалит. Но все обошлось. Не зря вчера весь день корпел над учебниками. Даже с Аленой не встретился. Я пулей вылетел из аудитории, слишком громко хлопнув за собой дверью. Неспециально – просто так вышло. Наверняка преподавателю это не понравилось, но, надеюсь, больше он у нас не будет ничего вести.

Я вышел на улицу. Вечернее солнце едва касалось верхушек деревьев. Через четыре дня наступит июнь. Вспомнил о Грохольской, и на лице расплылась улыбка. Кажется, это будет самое незабываемое лето в моей жизни.

В кармане брюк завибрировал телефон. Ярик.

– Ну что? Сдал? – спросил друг.

– Конеш-ш-ш, – ответил я, улыбаясь.

– Сейчас какие планы?

Я задумался.

– Пока никаких. Но хотел бы встретиться с Аленой перед завтрашним отъездом.

– А вы еще не виделись? – каким-то странным голосом спросил Ярослав.