Окружённая водным столбом Найхва замерла в стороне от остальных, но признаков активности тоже не проявляла. За какие-то секунды, женская часть отряда разом вышла из строя.

С мужской, дело обстояло не лучше. Олег сжимал дрожащие от напряжения руки Асуки, вовсю расходуя силы, чтобы не дать деве пронзить себя сталью, на которую она сама же долго и старательно наносила руны, а потом ещё и воспользовалась помощью Мьёльнира, превратив оружие в убийственный артефакт. Прохор щедро вливал энергию в Ульяну, чей энергетический каркас бешено пульсировал, как будто собираясь взорваться. А Оболенский застыл рядом с царевной, накрыв её пологом призрачной защиты и одновременно с этим, как будто пытаясь сдержать.

Вот Измайлов оставался в строю. Но толку от истощённого схваткой молодого бога, было немного. Хотя он прямо сейчас атаковал Диониса, пытаясь то ли на самом деле достать противника, то ли просто отвлечь его внимание.

Именно тот и был источником всех проблем. Отчего-то разжиревший эллинский бог, чьё брюхо напоминало громадную пивную бочку, обтянутую тогой, тянулся своей силой ко всем нашим девам, используя свою способность воздействовать на женские разумы и состояние их тел. Только в его случае, к обычной божественной мощи примешивалась энергия Бездны. Не та, к которой я привык, а совсем иная. Ревущая, жёсткая, искажающая реальность.

В обычных обстоятельствах, Дионис мог вынудить деву желать соития или веселья. А при желании вовсе сделать блудницей, которая станет отдаваться любому мужчине, пока не прекратит действовать его божественное плетение. Но сейчас он овладел разумами четырёх богинь, что было абсолютно немыслимо. И мне даже страшно представить, что творилось в их головах."

"Всё это я запечатлел за какую-то пару секунд передышки, которую обеспечил поток каменных копий Мьёльнира. А потом воздух огласил довольный рёв Аполлона.

— Как в старые добрые времена, римлянин! Мы снова режем ваши глотки и забираем ваших женщин. Только в этот раз ещё и спалим Вечный город.

Коротко хохотнув, впился в меня взглядом, удерживая стрелу на тетиве.

— Каждый раз так делаю, в любом новом мире. Не поверишь, но нет слаще удовольствия, чем сжечь Рим.

Внутри плеснуло яростью — я едва сдержался, чтобы вновь не броситься в атаку. Рано. Сначала нужно придумать план. Внизу четыре девы, что находятся под ударом и трое моих соратников, которые пытаются их прикрыть. Если не разберусь с эллинской тварью напротив, все они погибнут И если учесть, что их противником является Дионис, это будет ещё не самый худший вариант.

— Его сс-с-сила бьёт в ответ при контакте, я ничего не могу сс-с-сделать, — тонко пропищал в голове Мьёльнир.

Перед входом в портал, он снова принял форму браслета и похоже теперь был этому рад.