— Спокойно! — Игэн понял, что паника совершенно захватила девушку. — Туча двигается? Идет сюда?

Девушка снова подняла голову, ежась под порывами ветра, всмотрелась:

— Нет, стоит на месте, дергает привязь.

Игэн сообразил быстро:

— Ты не сможешь остановить эту тучу?

— Нет! Не уверена, что ее сможет убрать кто-то ниже архимага по званию.

— Маг управляет этой тучей?

— Конечно! Он ее изловил, привязал, насытил своей силой, может и заклинания наложил.

— А ты можешь перерезать их связь? — осторожно спросил воин, заметив, что девчонка становится все грустнее с каждым ответом.

— Что?

— Ну вот смотри, маг, управляя тучей погонит ее на город, а если туча как зверек сорвется с поводка, куда она отправится?

— Куда понесет ветер, наверное, — неуверенно ответила ведьма, переставая дрожать.

— А какой у нас ветер?

Игэн обернулся к северянину, тот понимающе кивнул:

— Сейчас юго-западный, но покровитель рода может призвать сюда северный, тогда тучу отнесет на пустошь, к скалам. Ну зацепит пару деревенек, или тракт, но город прикроем.

— Попробуешь? — вся надежда выразилась в коротком вопросе.

Веданика выдохнула, выпрямилась, еще раз всмотрелась в горизонт и ответила:

— Попробую! Мне нужно место и ровная поверхность! Норри, призывай ветер, пока разойдется, я буду знать получилось или нет.

Северянин без разговоров полез на самый высокий зубец ближайшей башни — разговаривать с ветром нужно на его территории. А ведьма вместе с остальными «ястребами» развила бурную деятельность. Ей принесли бочку, вместо алтаря, сальные огарки свечей, кусок хлеба, чтобы выложить жертвенный круг, а остальное она вытаскивала из карманов или отбирала у воинов. Через десяток минут «ястребы» сгрудились вокруг бочки, прикрывая огни свечей своими телами, а Веданика запев низко на одной ноте принялась выводить кончиком ножа очередную загогулину внутри круга из хлебных крошек."

"Когда подношение вспыхнуло, бывалые вояки вздрогнули и с трудом удержались от эмоциональных выражений. Над поцарапанным дном бочки колыхалась темная туча, привязанная к невидимой точке витой черно-золотой нитью. Все молчали, когда Веданика раскалила нож над свечой, потом капнула на него своей кровью и шипящим кровавым железом рассекла привязь. Причем ее рука остановилась на тонкой нити, и с трудом проталкивала клинок сквозь скрученную связь. Покрытая шрамами рука Алайна легла поверх узкой девичьей ладошки и вдвоем они сумели завершить разрыв, а потом потеряли равновесие и упали на утоптанный снег покрывающий стену.

Остальные воины тут же кинулись их поднимать, но в этот момент где-то вдалеке раздался глухой удар, потом еще один и еще.