Она показывала модели знаменитых кутюрье и думала о том, какие бы внесла в них изменения, окажись на их месте. Учиться приходилось многому: как должна сидеть одежда, как двигается и облегает тело ткань, как ее кроят и шьют, какие части тела женщина стремится скрыть, какие хочет показать. Дома она переносила свои мысли на бумагу, число эскизов множилось с каждым днем. Однажды она понесла свои эскизы руководителю крупного торгового дома. Они произвели впечатление.

– Кто разработал эти модели? – спросили ее.

– Я.

– Хорошие модели. Очень хорошие.

Две недели спустя Кендолл получила место помощника у Донны Каран и начала изучать деловую сторону торговли одеждой. Дома она продолжала рисовать. Год спустя показала свою первую коллекцию. Шоу закончилось полным провалом.

В моделях не было изюминки, они не произвели впечатления. На второй показ коллекции просто никто не пришел.

«Я выбрала не ту профессию, – в отчаянии думала Кендолл. «Придет день, когда ты станешь знаменитым модельером», – вспомнились ей слова матери. – Что же я сделала не так? – гадала Кендолл. Глубокой ночью ее осенило: – Я создавала наряды для моделей. А должна создавать их для настоящих женщин, у которых обычная работа, обычная семья. Изящные, но удобные. Шикарные, но практичные».

На подготовку следующей коллекции у Кендолл ушел год, но приняли ее на ура.

Кендолл редко возвращалась в Роуз-Хилл, но каждый ее приезд заканчивался слезами. От отца она не слышала ни одного доброго слова. Более того, с годами он изменялся только к худшему.

– Еще никого не подцепила, а? Наверное, никогда и не подцепишь.

Марка Рено Кендолл встретила на благотворительном балу.

Он работал в международном отделе Нью-Йоркского брокерского дома и занимался зарубежными валютами. На пять лет моложе Кендолл, симпатичный француз, высокий, стройный. Его обаяние и обходительность не остались незамеченными. На следующий вечер он пригласил Кендолл пообедать, после чего она оказалась в его постели. С той поры все ночи они проводили вместе.

– Кендолл, ты же знаешь, что я безумно тебя люблю, – услышала она от него как-то вечером.

– Я искала тебя всю жизнь, Марк, – тихо ответила она.

– Загвоздка только в одном. Ты знаменитость. Я зарабатываю гораздо меньше тебя. Возможно, когда-нибудь…

Кендолл приложила палец к его губам.

– Помолчи. Ты дал мне больше, чем я могла надеяться.

На Рождество Кендолл пригласила Марка в Роуз-Хилл познакомиться с отцом.

– Ты собираешься выйти за него замуж? – взорвался Гарри Стенфорд. – Да он же никто! Он женится на тебе ради денег, которые, по его мнению, ты унаследуешь.

Если Кендолл и искала повод выйти замуж за Марка, то реакция отца пришлась как нельзя кстати. Они поженились на следующий день, в Коннектикуте.