Кстати, как я понял, есть свидетель случившегося – телохранитель мистера Стенфорда, некий Дмитрий Камински.

– Да.

– Я бы хотел с ним переговорить. Не подскажете мне, где его найти?

– В Австралии.

– Это отель?

– Нет, месье. – В голосе сержанта слышалась жалость. – Это страна.

Стив не мог поверить своим ушам.

– Вы хотите сказать, что полиция разрешила единственному свидетелю уехать до того, как его допросили?

– Его допросил капитан Дюрер.

Стив шумно выдохнул.

– Благодарю вас.

– Всегда рад помочь, месье.

Вернувшись в отель, Слоун позвонил Саймону Фитцджералду.

– Похоже, мне придется провести здесь еще одну ночь.

– В чем дело, Стив?

– Начальник полиции очень занят. Тут полно туристов. Наверное, он ищет украденные кошельки и потерянные сумочки. Я постараюсь улететь завтра.

– Держи меня в курсе.

Несмотря на скопившееся раздражение, Стив не мог остаться равнодушным к красотам Корсики. Тысячемильное побережье, гранитные горы со снежными шапками, не тающими даже в июле. Сначала островом правили итальянцы, потом он перешел к французам, и сочетание двух культур дало потрясающие результаты.

За обедом в ресторане «Сан-Карлю» Слоуну вспомнилась характеристика, которую дал Гарри Стенфорду Саймон Фитцджералд: «Из моих знакомых, а круг их, как ты знаешь, очень широк, он единственный понятия не имел, что такое сострадание. Инстинктами мог потягаться со стервятником, таким он был злобным и мстительным».

Что ж, Гарри Стенфорд доставлял немало хлопот и после смерти.

Шагая к отелю, Стив остановился у газетного киоска, чтобы купить последний номер «Интернэшнл геральд трибюн». На первой полосе аршинный заголовок вопрошал: «КАКОЕ БУДУЩЕЕ ЖДЕТ ИМПЕРИЮ СТЕНФОРДА?» Он заплатил за газету и уже собирался уходить, когда уголком глаза поймал заголовки других иностранных газет. Взял несколько, развернул и обомлел. Каждая давала на первой полосе статью о смерти Гарри Стенфорда, и со всех первых полос Слоуну улыбалась физиономия капитана Дюрера, главного источника информации. «Так вот, значит, чем он так занят! – Слоун побагровел. – Что ж, придется поставить его на место».

На следующее утро, без пятнадцати девять, Стив опять появился в приемной капитана Дюрера. Сержант отсутствовал, дверь в кабинет была приоткрыта. Стив распахнул ее и вошел. Капитан переодевался в парадную форму, готовясь к утренним интервью. Услышав шаги Стива, он повернулся к двери.

– Qu’est-cе que vous faites ici? C’est un bureau prive! Allez vous-en! [26]"

"– Я корреспондент «Нью-Йорк таймс», – представился Стив Слоун.

Дюрер тут же сменил гнев на милость.

– Проходите, проходите. Вы сказали, вас зовут…

– Джонс. Джон Джонс.

– Могу я вам что-нибудь предложить? Кофе? Коньяк?

– Благодарю, ничего не надо.

– Прошу вас, присаживайтесь.