Да и куда мне идти? Вернуться в дом к отцу, который был счастлив, что удачно пристроил всех своих дочерей, и навлечь на него позор?

Я так и вижу «Вестник королевства», который пестрит заголовками: «Такое случилось впервые! Истинная вернулась в отчий дом и опозорила и свою семью, и Дракона!», «Истинная не захотела жить с Драконом. Позор ей! Она нарушила древние законы!».

Мою семью будут обсуждать в каждом доме: от крестьянской избы до замков. Я тогда точно останусь в памяти народа навеки. Это прилипнет ко мне навсегда. И спустя годы, все еще будут тыкать в меня пальцем: «Это та, что ушла от Дракона».

Хотя о чём я? Ясно, как божий день, что отец вернет меня сюда обратно и даже спрашивать не станет.

Как же сейчас мне хватает мамы, которая слишком рано покинула нас. Моей милой доброй мамы, чтобы сейчас прижаться к её плечу, вдохнуть родной запах и рассказать о том, что её дочь попала в страшную беду. Выплакать все обиды, почувствовать её теплые руки на своих волосах."

"Я падаю на кровать. Слез больше нет. И теперь я просто лежу, отвернувшись от двери и смотрю на холодную белую стену. В голове больше нет мыслей, и даже злиться на Ролдэна я не в состоянии. Я слишком устала, словно выгорела изнутри.

Часы на стене цокают длинными стрелками. И вот уже и полночь. Только сейчас мне положено стоять перед дверью Дракона, но я не хочу туда идти, и он меня не заставит. Так что я продолжаю лежать на кровати, прижимаясь щекой к холодному шелку подушки.

Дверь открывается, и Ролдэн сам появляется на пороге.

Мне даже поворачиваться не нужно, чтобы понять, что это он. Я спиной чувствую, как по мне скользит взгляд его черных глаз.

Ну, конечно, если я не пришла к нему — он придет ко мне. Наивно было думать, что будет как-то иначе. У меня даже дверь в комнату не запирается. Так что его могло остановить?

— Ты что же вздумала заставить меня бегать за тобой? — его голос звучит холодно и раздраженно. Он заполняет всю комнату, отражаясь от предметов. Кажется, что его голос даже проникает внутрь меня, заставляя по коже пробежаться волну мурашек.

Глава 3

Я слегка поворачиваю голову, чтобы следить за ним. Видеть я его не хочу, но страх заставляет меня следить за его действиями. Мы снова хищник и его жертва.

Хотя что может сделать хрупкая лань против мощного агрессивного льва?

Лицо Ролдэна сейчас словно высечено из мрамора: холодное и жесткое. Еще и тени от свечей подчеркивают острые скулы, ложатся черными кругами под глазами, превращая их в две бездонные пропасти.

На его широких плечах едва держится белая рубашка, которая не застегнута, а просто накинута. Пустые рукава свободно болтаются в воздухе.

Брюки сидят слишком низко, так, что даже видна пара черных волосков.

Я невольно задерживаю взгляд на его на прессе.