Но в ближайшее время в семейном крыле будет весело и шумно. Да, я безумно устану, да, ребятня будет виснут на мне и оглушать своими криками, потому что нормальным голосом что-то рассказывать, когда рядом куча желающих сделать то же самое, у детей от двух до четырёх не получается. И вечерами я буду падать в постель на последнем издыхании, желая умереть и не видеть больше всего этого дурдома, но сильные руки мужа обнимут, его жаркие губы поцелуют, и весь он целиком, такой надёжный, такой страстный, такой любимый, вернёт меня к жизни, и я буду радоваться, что у меня такая огромная семья… до следующего вечера, когда снова с трудом доползу до постели, где… ну, вы поняли.

Заглянув в глаза мужа, я поняла, что всё это меня ждёт и сегодня ночью, и завтра, точно так же, как и вчера, и в каждую ночь прошлых десяти с лишним лет. И каждую ночь следующих ста, ведь маги живут долго, а сильные маги — очень долго. А мой маг очень сильный. Очень-очень!

— Десять… Девять… — раздался голос Рениты. — Восемь…

Отсчёт подхватил Эррол, потом Ава. Я тоже к ним присоединилась, только молча.

«Два… Один… Иии?..»

Ничего не происходило. Портальная площадка была пуста.

— А… где же?.. — растерянно спросила Ρенита, оборачиваясь к нам."

"— Я же говорил, что их хронометр не такой точный, как твой, — пожал плечами Эррол.

— Смотрите, — окликнула их Ава, указывая на круговую радужную завесу, поднявшуюся от пола к потолку, а через секунду опавшую, оставив в портальном круге три фигуры и кучу багажа.

— Приехали, — прошептала я и кинулась обнимать того, кто ближе. Первым под руки попался Ронт, рядом Ава с визгом повисла на Бейле, а потом нас всех обхватили руки Кейденса, и мы на миг застыли, наслаждаясь чувством единения после долгой разлуки

— Это… А чего это они? — раздался растерянный голос Эррола, и, обернувшись, мы увидели неожиданную композицию — Рин держал на руках Рениту, и эта парочка страстно целовалась.

Какое-то время мы так и стояли, обнявшись, молча рассматривая этих двоих, не обращающих на окружающих никакого внимания. Они были заняты друг другом.

— А я думал, что Ренита в тебя влюблённая, — озвучил Эррол мою мысль, обращаясь к Ронту. — А ты в неё.

— Кто? Я? В Рениту?! — его Марендонийское величество ощутимо передёрнуло. — С ума сошёл? Она же сестра! Это же… Это как я в Аву бы влюбился. Или в тебя.

Теперь передёрнуло Эррола.

— Сестра, говоришь? — хихикнула Ава, любуюсь продолжающей целоваться парочкой. — Похоже, не у всех к ней такие же братские чувства.

Кажется, нас всё же услышали. Поцелуй прервался — было видно, насколько неохотно, — и Рин осторожно поставил Рениту на пол и тут же заключил в объятия, глядя на нас с лёгким вызовом.