— У меня рождались только дочери! Три бесполезных девчонки! А если бы сын так и не родился? Для кого мне было расчищать дорогу к трону? Для Вилмера и его сыновей? Но Наэлл… Он мог унаследовать трон, он должен был его унаследовать! И если бы не тот проклятый щенок, то сейчас именно Наэлл был бы королём, а я — вдовствующей королевой и регентом при нём.

— Вдовствующей? — принц дёрнул узел шейного платка, пытаясь оттянуть его от горла, словно ему воздуха не хватало.

А я удивилась — зачем она это сказала? На эмоциях, но всё же. А потом поняла — Мэнора уже совершила такое, за что положена смертная казнь, и если ей не удастся уйти, хуже уже не будет.

— А ты думаешь, что надолго меня пережил бы? — король посмотрел на брата с жалостью. Потом вновь сосредоточился на невестке. — Я согласен. Но пойду с вами. Доведу порталами до самого дворца.

— Пусть приведут Наэлла.

— Нет. Сына я тебе не отдам! — вскричал принц.

— Олдвен, так нужно.

— Нет, Кейденс. Я не стану менять сына на твою невесту. Он мне дороже жизни любого человека.

– Οлдвен, будь благоразумен!

— Нет, я сказал!

— Тогда я убью её, — видя, что её план под угрозой, вскричала Мэнора, и я поняла — пора действовать.

Это было не сложно, главное — вовремя отстраниться, когда нож дёрнулся, а потом выпал из безвольной руки, а сама женщина обмякла и сломанной куклой рухнула на стоящий между нами стул. И теперь уже не она меня, а я держала её за запястье, контролируя ситуацию.

— Дина! — король в два шага подбежал и крепко обнял меня. — Ты в порядке?

— В полном, — кивнула в ответ, поскольку ранку уже залечила полностью.

— Что с ней? — мужчина кивнул на лежащую без движения Мэнору. Лишь едва заметное движение грудной клетки показывало, что она жива.

— Кровоизлияние в мозг. Небольшое, просто чтобы выключить. Я всё контролирую, и если оказать ей помощь, то она полностью восстановится.

— А если не оказать? — уточнил король. — Умрёт?

— Вряд ли. Но на здоровье может сказаться — с памятью проблемы могут быть, с речью, парализовать может. Или пройдёт без последствий. Мне просто нужно было, чтобы она отключилась и при этом не успела рукой дёрнуть и перерезать мне горло.

— Казнить? — Олдвен в ужасе перевёл взгляд с жены на меня, потом на брата.

— Твоя жена организовала покушение на меня, по её вине моя жена погибла, а сын стал калекой. Даже чего-то одного из этого уже достаточно для казни, ты должен это понимать.

— Но… но… она же моя жена! У нас дети!

— Трое из которых ей, похоже, вообще не нужны. И она бы тебя не пожалела. Её слова, не мои.