Осипов, конечно же, решил, что его нужно спасать, а тот не хочет, чтобы ему помогали.

— Это он? — спросил Гуров, показывая ей фото Слепцова в своем сотовом.

— Да, это Андрей Андреевич Парамонов.

— А этого человека вы, может быть, тоже знаете? — Гуров продемонстрировал женщине фоторобот Скородубова.

— Тимошенко Сергей… кажется, Александрович. Они были у нас несколько раз. Конечно, когда мы с Андреем еще жили вместе.

— Они? — уточнил Крячко.

— У них еще третий есть, Антон Васютин. Отчества не знаю. Они все вместе работали.

— Марина, давайте все с самого начала, — попросил Гуров.

— Андрей из Челябинска. Его там в армию призвали, в Чечню отправили, а потом он на контрактную службу остался. По специальности сапер. Как-то разминировал бомбу, да неудачно. И ранило его, и контузию тяжелую получил. Попал сюда. Здесь мы с ним познакомились и вроде бы понравились друг другу. Андрей вылечился, а в Челябинск ехать не захотел, сказал, что хороших воспоминаний у него о доме нет, а плохие постарался забыть. Я предложила ему пожить у меня, пока как-то не определится. Сначала все было хорошо, он все в доме перечинил — руки-то у него золотые. С сыном моим отношения не то чтобы наладил, но и не конфликтовали они, соблюдали нейтралитет. Потом вопрос с работой встал. Я все связи подняла, друзей покойного мужа о помощи попросила. Он у меня военврачом был, в Чечне погиб. Может, поэтому мы с Андреем и сблизились? — Женщина пожала плечами. — В общем, неважно. Стыдно было так, что словами не передать. Для себя и сына никогда ничего не просила, а тут за чужого человека хлопочу. Короче, помогли мне. Есть в Москве, точнее в Раменском, такая организация: «ВНИПИвзрывгеофизика». Там как раз группу слушателей набирали, вот Андрея в нее и включили. Воинская специальность у него есть, получит гражданскую по тому же профилю и сможет работать. Обучение за него оплатили. Да только не закончил он его, отчислили, потому что считал, что лучше преподавателей все знает. Тут Артем, друг, с которым он вместе служил, помог. Устроил его в охранное предприятие «Крутояр», где сам работал. Дежурства — сутки через трое. Зарплата неплохая. Все вроде бы наладилось. Где-то с год мы спокойно жили, а потом началось. Знаете, женщины ведь все замечают, только как страусы голову в песок прячут и думают: «Раз я ничего не вижу, значит, этого и нет».

— У него появилась другая женщина? — напрямую спросил Гуров.

— Да. Я все понимаю. Я старше его, красотой не блещу. Он эту связь не афишировал, тщательно скрывал, но я-то чувствовала. А тут вдруг узнаю, что он из «Крутояра» уволился и в ЧОП «Сподвижники» перешел. Вот тогда-то к нам Тимошенко с Васютиным и стали заходить. Да я их еще по тому времени, когда они у нас в Бурденко лечились, помню.