Вот такие сооружения были по обе стороны у каждой из арен. Насколько я могу судить, то это сделано для участников поединков. Между боями нужно хоть немного уединения, когда можно отдохнуть, перевести дух и настроится на следующий бой. Хорошая задумка. Ну и я вспомнил, что мне рассказывала Лена — турнирные бои всегда проводятся на вот таких площадках, где есть всё необходимое. Ну круто, что я ещё могу сказать.

Посмотреть на мои поединки действительно пришло немало студентов и взрослых. Хотя если сравнивать с общим количеством мест, то это пускай и не сущий мизер, однако свободного места оставалось немало.

Но все выбирали места у одной из арен, которую сейчас проверяли маги. С одной из краёв собралась кучка первокурсников, которым сейчас некий преподаватель что-то вталкивал. Наверное, правила проведения поединков или ещё что-то подобное.

— Не боишься публики? — Спросила Копытина, пока мы двигались к «фургончику», возле которого никого не было.

— Боже упаси, — чуть ли не засмеялся я. — Я разве похож на стеснительного подростка?

— Нет, но знаешь — случается всякое. В виду некоторых обстоятельств я знаю нескольких боевых офицеров, что уже вышли на пенсию.

Эти люди воевали, у них огромный опыт, они многое пережили. А пригласи их школьникам или студентам рассказать что-то, так они пугаются и слова вымолвить не могут.

Хотелось ухмыльнуться, но я сдержался. В своё время был знаком со множеством людей, которые были способны на невероятное. Однако в чём-то простом, в том числе и в вопросе выступления перед публикой, они полные нули. Я бы даже сказал, что это обычная история. Не бывает, чтобы человек был абсолютно хорош буквально во всём, у него всегда найдётся слабое место.

Когда мы с Копытиной вплотную подошли к арене, то к нам вышел мужчина лет сорока.

— Всё готово, мы заканчиваем инструктаж студентов и можно начинать, — сказал он Василисе.

— Хорошо, тогда десятиминутная готовность, — отдала она указание.

Мужчина кивнул и пошёл куда-то. А женщина развернулась ко мне.

— Теперь практически всё зависит только от тебя, — сказала она. — От того, как ты справишься с этой ситуацией, зависит очень многое. Если хочешь более или менее нормально учиться в Академии, то тебе необходимо показать себя, но при этом не переборщить дабы не настроить против себя абсолютно всех.

Постарайся не облажаться.

Наставление такое себе. Слишком прямолинейно и без одобряющих слов. Не то чтобы мне это было нужно, я ведь уже большой мальчик и могу обойтись без этого. То ли Копытина не сомневается во мне, то ли ей на самом деле не было интересно какой именно результат у меня получится.

— Сделаю всё в лучшем виде, — сказал я.

Тут к нам вернулся тот самый мужчина, что уже беседовал с Копытиной.