— Послушайте, я… — облизнув губы, попыталась я высказаться, но жесткая ладонь Сани снова легла на мое горло, неотвратимо и жутковато, а Гном, еще раз проведя пальцами внизу, через мгновение уже мягко и длинно погружался в меня, поражая тесной, запередельной заполненностью.

— Малы-ы-ыш… — застонал он, войда на полную длину и заставив обхватить ногами бедра, — бля… Малыш… Офигенная… Бля…

Я выгибалась от проникновения, сходя с ума, ощущая, как ездит спина вперед и назад по гладкой поверхности стола, как стягивает все внизу живота в воронку, горячую, неотвратимую. И смотрела на Саню. Просто потому, что он не позволял мне смотреть куда-либо еще, только на него. В его лицо, в его глаза безумные, твердо сжатые губы.

— Ближе ее мне, — скомандовал он Гному, и тот понятливо подтолкнул меня еще к краю.

— Раскрой рот, — приказал Саня, становясь напротив лица и проводя членом по губам.

Я раскрыла рот и позволила проникнуть в себя. Не до основания, конечно, слишком уж размер был серьезный, но все равно глубоко. До горла.

Саня тихо зашипел от переизбытка ощущений, начал двигаться неторопливо и аккуратно, не убирая ладонь с горла, словно хотел ощутить себя во мне.

Гном ускорился, явно не в силах дольше терпеть, и мне оставалось только закрыть глаза и отдаться стихии.

Я все равно ничем здесь не упралвляла, да и не стремилась к этому.

Мужчины брали меня так, как им хотелось, жадно и пошло, кабинет наполнялся нашими перемешанными запахами, звуками секса, тихой руганью Гнома, моими слабыми стонами и тяжелым дыханием Сани.

Я ощущала себя… Безумно пошлой, развратной, грязной. Счастливой. Такой странный, сумасшедший коктейль.

— Малыш… — захрипел неожиданно громко Гном, мазнул пальцем по набухшему клитору, сжал, и меня затрясло в судороге оргазма.

Через мгновение я ощутила, как на живот падают теплые капли, а Саня, сделав еще несколько движений, особенно глубоких, сильных, практически придушивающих до слез на глазах, вышел и провел пару раз по члену, кончая.

Я пару секунд полежала в том положении, в котором меня оставили, словно не веря в неожиданно полученную свободу, а затем повернулась на бок прямо на столе, закрываясь руками и подрагивая от афтешоков оргазма.

Мне не хотелось ни говорить, ни смотреть на моих боссов-мучителей. Хотелось только, чтоб в покое оставили.

Из глаз лились слезы от перенапряжения, внизу живота все сжималось и трепетало в удовольствии.

И я самой себе казалась невероятно уязвимой, слабой и глупой. Как никогда раньше.

— Иди сюда, Алиса, — потянул меня к себе Саня за плечи."

"Я слабо сопротивлялась, не желая, чтоб трогали, но, оказавшись в горячих руках, почему-то ощутила тепло и спокойствие.