После выписки в медпункте Дуне устроили настоящий разнос. Решили, что она опять напоила парнишку каким-то отваром, отчего он и загремел в больничку. Как бы ни отрицала свою причастность подруга, ей никто не поверил. С той поры наше самостоятельное лечение стали пресекать. Хотя нашей компании это не помешало продолжить заниматься собирательством.

— Вот дурак, — отчитывала Лаву Дуня, когда вернулась из медпункта. — Ты же помереть мог. Зачем дафну брал?

— Чего? — протянул Славка в недоумении.

— Волчью ягоду. Только не заливай, что со смородиной перепутал.

— Я в интернете прочитал, что она клещей отпугивает.

— Зачем тебе интернет, когда у нас Дуня есть? — вмешалась я.

— Тебе в голову не пришло, что необязательно ягоды есть, достаточно запаха? — сетовала подруга.

— Я всего три штуки съел, — виновато бубнил Лава. — Кстати, вкусные.

— Вкусные, — передразнила его Дуня. — Еще одна-две, и все.

— Что — все? — испугался он.

— Летальный исход, — буднично ответила Дуня, а Славка заметно напрягся. Через минуту она ворчливо добавила: — Лечи теперь дурака такого.

— Так вылечили же, — удивился Лава.

— Отпустили не значит вылечили.

Следующие две недели Славка как по расписанию подходил к Дуне три раза в день, ел, пил, нюхал какие-то травы, порошки и морщился. Я так и не поняла: действительно ли ему нужно было это лечение, или подруга просто решила его проучить. Так или иначе, после того происшествия Лава перепроверял у Дуни любую информацию относительно растений, лекарств и ядов.

Лансу вся эта история казалась дико смешной. Какое-то время он Дуню иначе как ведьмой не называл. Пока она не напомнила ему, что цыгане вообще-то столетиями лечатся травами. Ланселот мигом поник и больше над подругой не подшучивал. Огорчился, что знания о травах цыгане передать ему не успели. А может быть, расстроился, что его легенда дала трещину. Как бы то ни было, правды мы тогда так и не узнали.

Я открыла ноутбук и попыталась связаться с подругой. В конце концов, мы договорились созваниваться. Она ответила со второго раза. Дуня сияла от радости.

— Извини, не смогла сразу ответить. Как раз своих из дома провожала, в парк пошли. Отличный момент, чтобы поболтать.

Мы действительно поговорили о том о сем. Когда разговор дошел до погоды, я поняла, что нужно действовать, иначе придется прощаться.

— Дуня, скажи, можно ли отравить человека так, что он впадет в состояние, близкое к смерти, но все же останется жив?

— Паралич? — уточнила она.

— Нет, что-то другое. Так, чтобы сердечные ритмы и дыхание нельзя было заметить.

— Тебе рассказать, что для этого нужно? Там сложно, — начала было Дуня.

— Просто скажи — это возможно?

— Конечно, — удивилась она моему вопросу, будто я спросила, вымерли ли мамонты.