Надо сказать мужу, чтобы выстроил границы. Пока он был один, может, было и нормально давать вот так телефон. У блогеров своя атмосфера. Но теперь нет.

Хорошо, успеваю выдохнуть перед следующим звонком. Мне набрала воспитательница Ванюшки. Попросила, если возможно, забрать его сегодня попозже. Перед самым сном. Малыш разыгрался с друзьями.

— Арина Викторовна, конечно! — улыбаюсь впервые за последние минуты. — Так рада, что ему нравится в садике!

Обмениваемся еще несколькими милыми репликами. Тем временем между Динкой и Мишей идет обмен взглядами.

— Как вы? — вдруг спрашивает мою сестру здоровяк. — Испугались?

Чуть не прыскаю от смеха. Моя кузина производит впечатление ранимой птички — милое лицо, большие влажные глаза, чуть напряженная улыбка. Но я-то знаю, тронь ее, и вулкан поднимется. Не зря даже Вадик хоть и с опозданием, но напросился.

Впрочем… А может, внутри она все-таки ранима?

Потому что сейчас на миг опускает глаза и морщит лоб. Словно Миша попал в цель. Но уже в другую секунду гордо поднимает личико.

— Не бросилась на нас, уже хорошо, — Динка хмурится, — что ждать от этой сумасшедшей?..

Миша не комментирует мать друга. Пожимает плечами.

А я вспоминаю о роли хозяйки.

— Давайте все-таки чай попьем, успокоимся.

— Я помогу накрыть, — вызывается Динка.

Отправляю их с Мишей на кухню, сама несу его рубашку к стиралке. Пятно никто не отменял. Надеюсь, отстирается."

"Вот сестра! И никогда же не была косорукой. Просто такой момент. Прям судьба Мишке искупаться в соке.

Когда прихожу к ним, они о чем-то перебраниваются. Не сильно, но говоря словами моего мужа — с подъебками. Сестра уже не выглядит испуганной, и трепетное отношение Мишки к ней испарилось. Он раздражен, Дина у него теперь будет ассоциироваться с липким пятном от сока.

Хотя видеться часто они не будут. Может, пересекутся на каком-то нашем празднике. Не страшно.

И работает у него не Динка, а ее почти бывший муж.

Увидев меня, ребята примолкают. Мы в целом спокойно пьем чай. Вафли я успела укутать в полотенце до прихода свекрови — они теперь теплые и мягкие. Все хорошо.

Даже Миша слегка оттаивает. Впрочем, он всегда тепло со мной общался. Как старший брат.

Говорим о погоде, мировых новостях и на другие общие темы. Хочется отвлечься. А там и стиралка сигналит о готовности.

— Высушится рубашка быстро, — говорю, — а потом я ее гладану.

— Я могу сам, — говорит Миша, бросая укоризненный взгляд на Динку.

Сестра поджимает губки.

— Нет уж, давайте я, — объявляет, — я же ""виновник"" ситуации!

Вот закусились. А ведь пустяковое дело.

— Нет уж, — Миша начинает теми же словами, — вы, Дина, воздержитесь. А то я точно в футболке Мурадова на встречу пойду.