— Разве тебе Антон не рассказывал, как он заблудился в дебрях Амазонки, когда был в Южной Америке, и как едва не погиб, вывихнув ногу вдали от всякой цивилизации? — тоже очень удивился Карл.

— Нет, — покачала головой Юля, — не рассказывал.

— Должно быть, не хотел, чтобы ты волновалась, — предположил Карл, чтобы оправдать странную скромность друга. — Но я не Антон, я тебе, Юля, все расскажу. Просто для того, чтобы ты знала, какой молодец твой муж.

Он усадил подруг на диван, сам расположился напротив в кресле. Между подругами и Карлом стоял низкий столик, на который Карл водрузил вскрытую бутылку красного вина и три бокала.

Разлив вино по бокалам и передав их сгорающим от нетерпения подругам, он наконец начал говорить:

— Так вот, когда лодка Антона пошла ко дну вместе со всем его снаряжением, а сам он отстал от своих спутников, да еще вдобавок свалился с обрыва и вывихнул себе ногу, он не сдался. И не стал лежать и ждать смерти или того момента, когда его найдет спасательная экспедиция. Он полз, он двигался, и на исходе третьих суток он наткнулся на какое-то племя аборигенов, которые доставили его в поселок, где была больница и телефон.

И Карл обвел подруг победным взглядом, чтобы проверить, оценили ли они героизм Антона.

— Неужели Антон тебе не рассказывал про это? — спросил у Юли Карл. — А про то, как его засыпало в шахте в Канаде? Тоже нет! Так ты, можно сказать, ничего не знаешь о своем муже.

— Боюсь, что дело обстоит именно так, — пробормотала Юля.

После этого Карл в подробностях поведал героическую сагу о мужестве Антона, который прокопал себе путь к свободе и не задохнулся под обвалом. В довершение всего он показал подругам фотографии, на которых был запечатлен Антон среди дружелюбно улыбающихся ему индейцев и среди густой зеленой растительности.

А также Антон, но уже на фоне сурового зимнего леса.

— Это Антон в Канаде, — подтвердил Карл. — За день до того, как его засыпало в шахте.

— Карл, а ты знаешь, чем конкретно занимался Антон в Южной Америке и в Канаде? — спросила Юлька.

Карл кивнул. К сожалению, к этому времени он как раз достиг той стадии опьянения, когда человек уже болтает такую чушь, за которую ему самому наутро может быть стыдно.

Если ему, конечно, кто-нибудь позаботится ее пересказать. В общем, Карл пустился в такие туманные объяснения деятельности Антона, что выходило, будто бы фирма Антона со своим ноу-хау по части электростанций могла добывать электроэнергию буквально из ничего и при минимальных затратах. Причем в таких количествах, что хватило бы на иллюминацию всего земного шара и еще был осталось.

— Про атомную энергию можно было бы смело забыть! — вещал Карл. — Про бензин, нефть и уголь тоже.