Теперь же обучение молодежи оплачивает мой отец. Так что вскоре у нас будет достаточно своих специалистов. И не придется приглашать людей со стороны.

При этих словах лицо Танги потемнело, словно от какой-то душевной боли, как это уже было, когда она рассказывала про несчастный случай, который приключился с мужем одной из ее сестер. Но Марише не удалось ничего больше узнать у принцессы.

— Пора идти и переодеваться к ужину, — быстро сказала Танга. — Отец не любит, когда опаздывают.

Девушки тоже поспешили к себе в комнату. Там перед ними неожиданно встала еще одна проблема.

Вечная, надо сказать, проблема. Что надеть?

— Что же мы не спросили у этой принцессы, как нам следует одеться к ужину? — расстроенно произнесла Юлька. — Как теперь быть?

— Я не сообразила, — призналась Кэт. — И к тому же Танга так неожиданно прервала разговор и так поспешно ушла, что мы бы и не успели у нее ничего спросить.

— Мне кажется, что разговор об иностранцах напомнил ей о чем-то не очень приятном, — сказала Юля.

— Догадываюсь, о чем, — фыркнула Мариша. — Ее сестра вышла замуж, ждет ребенка, отец ребенка пропал, и брат был вынужден жениться на своей собственной сестре.

Во всяком случае, она за все время разговора помрачнела только два раза. Первый, когда упомянула о своей сестре. И второй, когда вспомнила про иностранцев. Выводы можете делать сами.

— Я пока воздержусь от выводов, — сказала Юля. — Времени в обрез, а мы еще не решили, что надеть к ужину.

— Думаю, что они не ждут от нас, чтобы мы явились в вечерних платьях, — сказала Мариша. — Подойдет все, что выглядело бы поприличней тех джинсов и маек, в которых мы явились ко двору.

Девушки принялись рыться в своих сумках.

И вскоре каждая выудила по вполне приличному летнему платью. Правда, все они оказались измяты. Но у практичной Кэт был с собой небольшой утюг. Так что с проблемой нарядов подруги справились быстро. Кэт нашла платье темно-шоколадного цвета с расклешенной юбкой. А Юлька извлекла свое красное платье с очень короткой юбкой и полным отсутствием рукавов. На голые плечи она для приличия накинула шаль, купленную ею на базаре в Дакаре.

Мариша надела платье из шелка цвета топленого молока с ручной вышивкой.

Платье было длинное, но оголяло всю спину, и роскошный Маришин бюст едва не вываливался в глубокий вырез. Платье шло Марише божественно.

— Ты свихнулась! — вздохнула Юлька. — Разве можно надевать это платье? Если король еще и не до конца понял, какой ты лакомый кусочек, то, увидев тебя в этом платье, он это обязательно поймет.

— И что?"

"— Влюбится, — ответила Юля. — Или как минимум возжелает тебя. Ты ему, понятное дело, откажешь. Он обидится, что тоже, в общем-то, понятно. Кому приятно получать отказ.