– Сережа!

И он тоже – застыл у порога, словно не решался перешагнуть его, словно ему, как и Лиле, довольно было просто стоять – и смотреть, словно они еще не насмотрелись друг на друга за ту жизнь, в которой они были рядом и которая была, оказывается, такой счастливой!

– Разрешите! – чей-то хриплый голос развеял блаженное оцепенение, в котором они оба пребывали.

Герман!

Почему он пришел вместе с Сергеем? А, ну да… они же знакомы. И когда-то именно Сергей привез Лиле письмо Германа, которое и стало причиной всех ее бед. То письмо, которое было первым шагом его мести Родиону Камышеву, а ведь Лиля думала, она-то думала…

Ладно.

Это мерзкое прошлое, о котором надо забыть!

– Что же гостей за дверью держите? – ухмыльнулся Герман, видя растерянность Лили.

Впрочем, она тотчас овладела собой.

– Сережа, ты проходи, а Герман идет по своим делам, – сказала решительно.

– Ну почему? – возмутился тот.

– Потому что Аришки нет, и тебе делать здесь совершенно нечего.

– Вот как получается? Любить – так любить, а ненавидеть – тоже на полную катушку? – ернически расхохотался Герман, но Лиля не слушала: втащив Сергея за рукав в прихожую, захлопнула дверь перед самым носом Арефьева.

Он несколько раз дернул за ручку, позвонил, даже пнул дверь раздраженно, но потом все же ушел.

– Ты не работаешь? – спросил Сергей, оглядывая скудный стол, за который усадила его Лиля.

– Работала, – со вздохом призналась она. – До вчерашнего дня. В ресторане посуду мыла. А сегодня сказали, что ресторан обанкротился, просят на работу больше не выходить. Вот так и вляпалась твоя Карамелька по самые уши, как последняя дура!

Ей так давно хотелось хоть кому-нибудь пожаловаться… Как же хорошо, как же здорово, что он пришел, Сережа!

– Не заводись, – ласково улыбнулся он.

 – Что ты сразу – дура-то?

– Ну как не заводиться? В Союз обратно не пускают, даже разговаривать не хотят. И вот я в чужой стране, с маленьким ребенком на руках, без языка, без работы… Конечно, дура! Бросила все ради любви…

– Бывает! – улыбнулся Сергей, разливая шампанское по бокалам: – Ну что? Выпьем за нашу с тобой невозможную любовь!

Они чокнулись и засмеялись.

Все-таки кое-что Кира угадала.

Лиля пила шампанское, смеялась и была сейчас почти счастлива!

* * *К изумлению Киры, Эндрю появился снова, и буквально на другой день. Он ждал ее около института, такой смешной в нелепо сидящей на нем шапке-ушанке, замотанный по самого носа в шарф, в куцем пальтеце – и с розой в руках, что Кира как начала смеяться, так и не могла остановиться.

Еще больше она развеселилась, когда вдруг увидела неподалеку автомобиль, около которого стоял не кто иной, как Егор Ковалев, и смотрел, насмешливо прищурясь.