Она догадывалась, что восприятие у Дарена обостренное, сверхчеловеческое, но чувствовать эмоции — это же доступно только избранным. Ещё одно подтверждение того, что она лежит в объятиях не простого смертного.

Девушка шумно сглотнула.

— Я боялась, зажималась и многое делала неправильно, — ей же надо было что-то говорить. — Когда ты входил… немного… вернее, фактически нет… Потом, когда резко задвигался…

Делая признание, Тая отвела взгляда. Уставилась на мужской кадык, потому что глаза-море штормовое грозились поглотить её.

И снова в ответ услышала ругательства.

Что-то не так? Может, не стоило говорить?

— Тая, я хочу, чтобы ты… Проклятье! В общем давай так! Я действую — ты мне говоришь, если больно.

Даже в самом страшном сне Тая не могла представить, что будет договариваться с Дареном. Почему в страшном? Потому что хорошие сны ей давно не снятся.

— Хорошо.

Как выдавила из себя согласие — не поняла.

— Разденься. Сама.

Его голос совсем охрип, и рычащие нотки сменила хрипотца.

Он скатился с неё, давая свободу для маневра. Тая, мысленно подбадривая себя и убеждая, что её дальнейшая Судьба во многом зависит от того, как она себя поведет именно сегодня, сейчас, сможет ли раскрыться, довериться мужчине.

Это же Дарен.

Дарен!

И он обещает не делать больно.

Тая ему верила. Не хотела, а именно верила. Её вера шла из сердца, из глубинного убеждения, что не только она готова к переменам. Но и он сам.

Почему он изменил к ней отношение? Почему простил?

Она опасалась отвечать на эти вопросы.

Раздевалась Тая быстро — привыкла. Аэрд не любил ждать и за малейшее промедление наказывал. Прочь спортивный костюм, белье. Не помешало бы ополоснуться. Она кинула настороженный взгляд на Дарена и увидела, что тот тоже поспешно раздевается.

Ох…

Сколько бы она ни смотрела на этого мужчину, никогда не привыкнет к исходящей от него мощи, внутренней силы. Её нет-нет да разбирало любопытство узнать, куда делись его старые татуировки и когда появились новые. Были прежние, особо ей любимые. Замысловатые линии, значение которых она не могла определить.

— Скажи, Кистан, твои тату… Они очень красивые. Я слышала, что некоторые татуировки наносятся не из-за красоты, а потому что они несут в себе определенный смысл. У тебя так же?

В тот момент она как раз рассматривала тату на плече и не видела, как в его глазах мелькнуло нечто темное, и как плотно сжались губы.

— У меня несут смысл, — откровенно ответил он.

— О, как интересно.

Её пальчик обвел рисунок, сбежал с плеча к локтю.

Терпение Кистана на том закончилось, и он рванул девушку на себя…

Дарен раздевался, повернувшись к ней спиной, попросту свесил ноги. Не видеть его лицо — небольшая передышка.