Лука прижал меня к своей груди для вальса, и у меня не было выбора, кроме как прижаться к нему щекой. Я чувствовала под его пиджаком пистолет. Даже жених не мог прийти на свою свадьбу без оружия. Впервые я была рада силе Луки. У него не было проблем с тем, чтобы поддерживать меня во время танца. Когда он закончился, муж наклонился ко мне.

— Как только мы вернемся за стол, ты будешь есть. Я не хочу, чтобы ты упала в обморок во время нашего праздника и, тем более, в нашу брачную ночь.

Я сделала, как он просил, и впихнула в себя еще пару кусочков уже холодного картофеля и мяса. Бдительный взгляд Луки следил за мной, пока он говорил с Маттео. В это время танцпол был заполнен другими людьми. Лили поднялась со своего стула и пригласила Ромеро на танец. Ничего удивительного.

Конечно, он не мог отказать ей. Я тоже не смогла отказаться, когда отец Луки попросил меня станцевать с ним. После этого меня передавали от одного мужчины к другому, пока я не потеряла счет их именам и лицам. Через весь танцпол глаза Луки следили за каждым моим шагом, даже когда он танцевал с женщинами наших семей. Джианна тоже не смогла уйти с танцпола. Я насчитала, по крайней мере, три раза, когда она танцевала с Маттео, и ее лицо становилось все более угрюмым с каждой минутой.

— Можно мне?

Я вздрогнула из-за отдаленно знакомого голоса, который послал дрожь страха по моему телу. Данте Кавалларо занял место тех, с кем я танцевала раньше. Он был высоким, хотя и не таким, как Лука, и не настолько мускулистым.

— Ты не впечатлена праздником.

— Все прекрасно, — сказала я машинально.

— Но ты не выбирала этот брак.

Я уставилась на него. Русые волосы и голубые глаза придавали его облику некую холодность, в то время как Лука излучал свирепую брутальность. Разные стороны одной медали. Через несколько лет Восточное Побережье и Средний Запад будут дрожать перед их решениями. Но я произнесла не это вслух.

— Это большая честь.

— И твой долг. Нам всем приходится делать вещи, которые мы не хотим. Иногда может показаться, что у нас нет выбора.

— Ты - мужчина. Что ты знаешь о невозможности выбора? — сказала я жестко, потом напряглась и втянула голову. — Прошу прощения. Это было необдуманно.

Я не могла так говорить с кем-то, кто был практически моим боссом. Потом я вспомнила, что он больше не был им. Отныне я не попадала под покровительство чикагской мафии. Выйдя замуж, я стала частью нью-йоркской мафии и, следовательно, попадала под влияние Луки и его отца.

— Я думаю, твой муж хочет вернуть тебя обратно в свои руки, — сказал Данте, кивнув головой, а затем отвел меня к Луке, который пристально посмотрел на него. Два хищника встретились.

Как только мы были вне пределов слышимости Данте Кавалларо, Лука посмотрел на меня.

— Что он хотел?

— Поздравить меня.