Величественное здание с зажженными окнами окутывала темнота, светилась тонкая лента парковой аллеи, блестела подсвеченная клякса – пруд.

В центре комнаты на высокой подставке установили медную ритуальную чашу. В голове ехидно захихикал противный голос, мол, хотела темных ритуалов, чародейка, смотри и запоминай, тебе скоро писать дипломную работу.

– Агнесс, – неожиданно передо мной возникла внучка ректора. – Кэтти поднялась в покои и попросила тебя позвать.

Я быстро оглядела зал, пытаясь отыскать сестру, но нашла только Шейна. Катис с ним не было. Он исподлобья мрачно гипнотизировал взглядом обрядную чашу и выглядел напряженным, как крепко сжатая пружина. Хлопни кто-нибудь в ладоши у парня над ухом, так он подскочит и бросится зажигать ритуальный огонь, не дожидаясь полуночи.

– Сейчас мы с Кэтти вернемся, – пообещала я Ристаду и, получив в ответ согласный кивок, вышла из бальной залы.

Однако сестры в комнате не оказалось. Возле напольного зеркала, из отражения которого смотрела я сама, одетая в алое платье, стоял, спрятав руки в карманы, Хэллрой. Он обернулся через плечо и усмехнулся:

– Удивительно, но красный идет даже дурнушкам.

– Что ты здесь забыл? – холодно бросила я.

– Не нервничай, Агнесс. – Инкуб действительно направился к двери, но оглянулся и указал пальцем в зеркало: – Любопытная магия.

Он остановился. Я подвинулась, чтобы освободить дорогу, но выйти из комнаты без волшебного пинка незваный гость не торопился.

– Я всегда соблазняю женщин, которые меня злят, – неожиданно надумал исповедаться он. – Обычно отпускает.

– Поздравляю. Тебе открылась тайна вселенского спокойствия, – высказалась я быстрее, чем успела прикусить язык.

– Правда, иногда злость не проходит, и этой женщине очень хочется свернуть шею, – добавил Хэллрой.

– Тогда лучше соблазни еще раз. Не надо становиться маньяком.

– Ты меня нечеловечески злишь, Агнесс, – признался он с неприятной усмешкой. – Уложить тебя в постель я не могу, свернуть шею тебе тоже не получится. Ристад запретил абсолютно все радости. Но что я подумал…

– Что лучше немедленно убраться в бальный зал, иначе я перестану быть милой?

– Сейчас замок трещит от темной магии. Рис ведь все равно не заметит, так?

Мгновением позже он схватил меня за плечо. Я была почти готова к нападению. Без тени сомнения ударила его раскрытой ладонью в солнечное сплетение. По застегнутому пиджаку прокатились голубоватые искры…

Даже не поморщившись от болезненного удара, он с азартом схватил меня за запястье, прижал к себе и крепко-накрепко спеленал руками.

Нас поглотила темнота.

Глава 8. Темным магам вход воспрещен

Вокруг было темно, как в могиле у верховной ведьмы. Ледяной холод вгрызался в тело.