Стоило мне упомянуть появление в ресторации Даркинфольда, как молчание в комнате сделалось тяжелым, а воздух тягучим, удушающим. Я все так же стояла спиной к архимагу, а его ладони лежали на моих плечах и успокаивающе поглаживали. Помогало слабо. Да что там, откровенно не помогало! Фамильяры тонко чувствуют изменения магического фона, и происходящее с лордом Ренделом пугало. Архимаг был сильнейшим человеческим магом, глубина его внутреннего источника напоминала бездонный колодец, наполненный чистейшей водой, но сейчас его источник ощущался иначе. Внутри лорда Рендела словно закручивалась черная воронка омута.

Я начала чувствовать чужие магические источники после возвращения из Сан-Дрима. Мама предупреждала меня, что вместе с ипостасью мантикоры я обрету и новый талант фамильяра, но конкретно в этот момент я предпочла бы остаться в неведении. Сейчас я со всей определенностью ощущала, что мужчина, стоявший позади меня, больше не был тем лордом Ренделом Аратейром, которого я знала.

Не выдержав неизвестности, я повернулась и замерла от ужаса. На его лице проступили темные татуировки, превращая любимое лицо в маску, а в глазах полыхал отсвет темно-фиолетового пламени.

Тихо всхлипнув, я попятилась и наткнулась спиной на стол. Преграда возникла до того неожиданно, что и решение оказалось инстинктивным, и уже боброкошка пряталась в спасительном закутке между столом, стулом и тумбочкой.

– Даниэлла… прошу… не бойтесь, – срывающимся голосом произнес лорд Рендел.

– Хорошо. Не боюсь.

– Врунишка.

Вот и что тут скажешь? Что забралась под стол, потому что тут пыльно, а бобровый хвост просто создан для уборки?

– Жду вас в кабинете через час.

Лорд Рендел исчез в портале, я же продолжала сидеть под столом.

– Как поступить? – тихо мяукнула я, просто чтобы услышать свой голос.

– Если хорошенькая девушка не знает, как поступить, ей стоит скушать что-то вкусненькое, – отчетливо прозвучал голос Зиновия.

Из-под стола я вылетела на такой скорости, что занесло на повороте, затем осторожно приблизилась к раздаточному пню.

– Зиновий, а вы, случайно, не подслушивали?

– Обижаешь, деточка. Конечно, подслушивал! Я, по-твоему, тут что, вместо мебели?

На провокационный вопрос я отвечать не стала.

С артефактом у меня отношения не складывались, так зачем усугублять? А вот покушать пришлось. Раздаточный пень расщедрился и на первое, и на второе, и на десерт. Притащил такие пирожные, что я пожалела, что рядом нет Эллы. Потом не удержалась и спросила, не будет ли он против, если я оставлю парочку для своего мага.

– Мое дело – доставка, а там хочешь жуй, хочешь торгуй, – отфыркнулся он. – Но времечко тик-так. Пока ты тут пирожными любуешься, кое-кто страдает над непочатой бутылкой кар-шанского красного.