Она приготовилась уйти, но холодный голос Александра пригвоздил ее к месту:

– Снова уходишь?

– Мне хочется подышать свежим воздухом.

Не хватало еще, чтобы семейство Дибсонов стало свидетелями их ссоры!

– Тогда я к тебе присоединюсь. Надеюсь, ты не возражаешь?

Сердце Мелани радостно забилось. Стараясь казаться равнодушной, она пожала плечами. Александр крепко сжал челюсти, и его губы превратились в тонкую линию.

– Нам есть что обсудить, – холодно сказал он, давая понять остальным, что они будут лишними. Он смотрел только на нее, и от его взгляда по ее спине бежали мурашки. Приближалась штормовая буря.

Дора скорчила недовольное личико, быстро поднялась, поправила короткое платьице и выбежала из комнаты, всем своим видом демонстрируя обиду. Но ее чувства мало кого интересовали.

– Александр, если мы с тобой договорились, то я, пожалуй, съезжу в город. Развеюсь, – сказал Рафаэль.

– Жду тебя завтра в восемь.

– Я помню, – сказал он и тоже вышел. Что-то подсказывало Мелани, что Александр не просто раздражен, он взбешен. Не говоря ни слова, он прошел мимо нее и вышел в сад. Он не сомневался – она последует за ним.

Она обнаружила его в беседке. Он стоял к ней спиной, его пальцы вцепились в спинку роскошного диванчика, сделанного из кедра и покрытого легким ковриком, чтобы было удобнее сидеть.

Обхватив себя руками, она встала недалеко от него.

– «Какая замечательная малышка, настоящая прелесть! – сказал Александр, подражая голосу Рафаэля. – И зачем ты только упомянул за ужином, что у меня есть невеста?» Как это, черт побери, понимать? – Он резко обернулся. Глаза его горели, а руки были сжаты в кулаки.

– Я не виновата, что симпатична Рафаэлю, – попыталась оправдаться она, хотя могла и не отвечать на вопрос, заданный таким грубым тоном. – Он приятный молодой человек, и с его стороны…

Он перебил ее, раздраженно взмахнув рукой:

– Значит, черт побери, приятный молодой человек?! – Его голос начал вибрировать. – Как мило! Не сомневаюсь, вы замечательно провели день в «милых задушевных» беседах!

Его уверенность в своей правоте, нежелание слушать то, что она ему говорит, разъярили Мелани. Нет, она не намерена больше терпеть его высокомерие.

– А что мне оставалось делать? Весь день провести в четырех стенах и ждать, когда Его Высочество соизволит вернуться с госпожой Дибсон из города и, может, обратит на меня внимание?! – закричала она. Мелани не стала говорить, что много времени провела в библиотеке. Он все равно не поверит. Посчитает, что, пытаясь его задобрить, она придумала хорошее оправдание. – Я здесь никого не знаю и не могла уйти с виллы. Единственное, что мне оставалось, так это беседовать с Рафаэлем.

– Только ли беседовать? – Его глаза яростно блеснули, и он быстрым шагом подошел к ней.