И, когда она робко потянулась к нему, он вдруг быстро поднялся.

– Так, теперь мне нужно в море. И успокойся, я тебя не трону. – Он вздрогнул. – У меня в машине лежит целая кипа купальников, выбери себе подходящий. Там же ты найдешь и крем для загара. Тебе не помешает немного загореть, а то у тебя кожа цвета сметаны. Как никак ты отдыхаешь в Греции.

Мелани протянула к нему руку, но он отвернулся от нее. Его лицо было сплошной маской боли и отвращения. Он ненавидел себя за слабость. Но ему стало бы легче, если бы он узнал, что и свою битву она проиграла.

Последовав его совету, она подошла к джипу и стала рыться в маленьких разноцветных кусочках ткани. Выбрав, как ей показалось, наиболее скромный из всех остальных, она собиралась уже переодеться, как случайно заметила, что Александр раздевается.

Рубашка уже небрежно валялась на песке, и Мелани словно загипнотизированная стала смотреть, как он расстегнул кожаный ремень и сбросил джинсы. Перед ее взглядом предстало крепкое мускулистое тело греческого бога. Он повернулся к ней и помахал рукой. Она улыбнулась в ответ. Но, прежде чем войти в море, он некоторое время смотрел на нее, а она на него.

Мелани отвернулась первой. Зачем я мучаю себя? Почему бы нам спокойно не поговорить?

– Как же, поговоришь на свою беду, – пробормотала она вслух и, кутаясь в одно из огромных одеял, быстро переоделась.

Она щедро намазала кремом тело, но спина осталась незащищенной. Мелани подошла к морю и стала осторожно входить в него. Когда уровень воды достиг талии, она остановилась. Дальше идти она не рискнула, потому что почувствовала знакомый с детства страх. Скорее даже не страх, а панику.

Александр продолжал спокойно плавать, уверенными движениями разрезая водную гладь. Наплававшись, он стал приближаться к Мелани.

– Завидно? – коротко спросил он.

– Немного. Но, даже люто сгорая от зависти, я не смогу себя перебороть, – робко улыбнулась Мелани. Она заметила, что Александр немного успокоился. – Я тебя ждала.

– В чем дело? Скучно одной есть?

Нет, он невыносим.

– Я не смогла намазать спину кремом и боюсь сгореть. Поможешь?

Он молча кивнул и направился к ней. От его близости у нее перехватило дыхание. Соски напряглись и теперь просвечивали сквозь тонкую ткань. Видимо, это не осталось незамеченным Александром, потому что он восхищенно мотнул головой. Его реакция произвела большее впечатление, чем любые слова.

В глубине души Мелани было приятно, что она понравилась Александру. Было бы не справедливо, если бы только она чувствовала смятение при виде его почти обнаженного тела.

Он взял тюбик с кремом и скомандовал:

– Ложись.

Лицо его было хмурым. Он был снова чем-то недоволен. Мелани подчинилась и легла на живот."

"Не спрашивая разрешения, Александр расстегнул застежку лифчика.