Будто бы почувствовав неладное, майор остановился, оперся об изгородь и обернулся. Получилось вполне естественно, будто он кого-то поджидал. С этого места взять его будет сложно, он должен пройти с десяток шагов, чтобы оказаться в окружении контрразведчиков. Вот тогда ему не вырваться!

Некоторое время майор просто стоял и пожевывал травинку. А потом, что-то решив для себя, двинулся дальше.

— Выходим! — сказал Романцев и, приоткрыв хлипкую, хорошо смазанную дверь, выскользнул на крыльцо.

За домом Егоровой присматривали три контрразведчика — крепкие ребята, неоднократно принимавшие участие в задержании. На них можно было положиться, в каких-то особых инструктажах они не нуждались. Главное, лишить диверсанта возможности воспользоваться оружием.

Романцев со старшиной двигались на значительном расстоянии, негромко разговаривали, вели себя вполне нейтрально. Дружеская беседа, в которой невозможно было распознать какой-то тайный замысел. Метрах в пятидесяти от них по другой стороне дороги навстречу шли еще двое контрразведчиков. Через минуту майор окажется в клещах.

«Пока все идет строго по плану», — подумал Тимофей. До дома Егоровой оставалось каких-то метров двадцать. Майор распахнет калитку, войдет во двор, и прямо на него выйдут контрразведчики, засевшие в саду.

Капитан невольно напрягся, чувствуя приближение развязки. Рука непроизвольно потянулась к кобуре. Но неожиданно майор перемахнул через изгородь, выстрелил в бежавших к нему смершевцев и спрятался за сарай. Пуля смачно влепилась в дерево. Романцев инстинктивно присел и, отрезая диверсанту пути отхода, пальнул немного вперед. Смершевцы подступали все ближе, теснили короткими очередями диверсанта к избе.

— Окружай! — крикнул Романцев. — Может уйти огородами!

В какой-то момент, спрятавшись за разросшуюся малину, диверсант оставался невидимым, за кустами стояла хлипкая изгородь, далее петляла узенькая дорожка, по обе стороны от которой буйно разросся лес. Нужно не дать ему возможности прорваться в чащу.

Приподнявшись, Романцев осмотрел двор: ни в подсобных помещениях, ни в саду майора видно не было. Значит, все-таки вышел к дороге!

Тимофей выскочил из-за дерева и… чуть ли не лицом к лицу столкнулся с диверсантом, наставившим на него оружие. Невольно сглотнул: ствол пистолета смотрел точно ему в грудь. Он сознавал, что не успеет приподнять пистолет, диверсант выстрелит раньше. Тому достаточно всего лишь легкого нажатия на курок, и пуля пронзит грудь капитана насквозь.

На губах диверсанта промелькнула усмешка:

— Вот мы и встретились с тобой, Тимофей. Не ожидал? А я знал, что ты здесь. Следил за тобой. Вижу, что ты уже капитан."

"— Брось пистолет, Рогов! — Страх пропал с первыми же словами.