Признаваться в этом первой было страшно… Я же сама только недавно смогла разобраться в себе. Испытывала к нему клубок противоречивых чувств, из которых родилось новое и светлое, и говорить об этом вслух, сейчас… я не могла. Это глубоко личное, чтобы обсуждать при Иррилии, и у меня как будто язык к нёбу прилип.

Он же воспринял это по-своему. Удовлетворенная улыбка скользнула по его губам, и он заявил:

– Через неделю мы прибудем в Газбо, и я перенесусь в столицу. Посмотрим, что ты скажешь, глядя мне в глаза.

– Ты и близко не подойдешь к моей жене! Иначе я вырву тебе сердце, – с угрозой пообещал Хам.

– Ты уже его вырвал, похитив ее, – ответил Ирр и прервал связь, бросив на меня прощальный, но решительный взгляд.

– Скажи, что это была шутка насчет сердца, – потребовала я.

– Я его предупредил! – мрачно ответил демон.

– Ты не можешь с ним так поступить! Если по справедливости, он имеет все основания гневаться. Я ответила согласием на его предложение, и формально ты действительно женился на его невесте.

– Разве? – скривил губы высший. – Но объявления о помолвке не было.

– Да при чем здесь это! Если бы ты дал мне возможность с ним объясниться, этого бы разговора вообще не было! – воскликнула я, но мои слова вывели его из себя.

– Забудь о нем! Ты моя жена, и я запрещаю тебе с ним любые контакты, иначе он умоется кровью.

– Ты ведешь себя как тиран! – не выдержала я.

– Я высший, милая, – неприятно оскалился он. – А если он не перестанет лезь к моей жене, то лишится жизни, и это не обсуждается.

– Гр-р-р, – зарычала я и как ошпаренная выскочила из спальни, иначе бы кинулась на него. Нарры подери твердолобость демона! Да и вообще всех мужчин. Один бросается спасать и отказывается верить, что этого не требуется, а второй уперся и не дает объясниться.

Злющая, как стая нарров, я кружила по своим покоям, не зная, как выйти из этой ситуации и образумить мужчин. Диара безмятежно дрыхла и даже ухом не повела на метания хозяйки. Но именно ее безмятежность меня и успокоила. Я села на кровать, зарывшись рукой в густую шерсть питомца, и выдохнула.

«Почему, как только между нами начинает все налаживаться, так обязательно что-то случается?» – задала риторический вопрос.

К тому же чувствовала, что, даже продолжи я настаивать на своем, все равно ничего не добьюсь. Может, стоит пойти другим путем? На ум приходило лишь одно. В детстве, если мы ссорились с Иррилием или за что-то обижались друг на друга, то для примирения стаскивали из кухни что-то сладкое. Ведь сложно сердиться, если к тебе приходят с десертом. Попробуешь его, и все обиды проходят. Пусть я уже давно не ребенок, но, может, стоит попробовать накормить моего демона сладким?

Окрыленная идеей, я оставила дрыхнущую диару и выскользнула из покоев.