Положение Японской империи к тому моменту было намного хуже губернаторского. Кровавая рубка в бирманских джунглях с полупартизанскими восточноафриканскими дивизиями Британской империи, а также необходимость держать под контролем значительные оккупированные территории, привели к полному исчерпанию мобилизационного потенциала. У японской империи просто не было солдат, которых можно было бы послать для прохождения службы в Маньчжурии. Положение с вооружением исправить было невозможно, а вот нехватку солдат попытались восполнить мобилизацией в японскую армию местного корейского и китайского населения.

Результат получился, мягко выражаясь, сомнительным: численность пехотных полков, конечно довели до нормативов, однако их боеспособность от этого даже понизилась. Японские солдаты не доверяли местным, а те в ответ смотрели на них волками, как на своих угнетателей и поработителей.

Войскам Второго Дальневосточного фронта противостояли 134-я (северный фас выступа) и 126-я (южный фас выступа) пехотные дивизии. Удары и на севере и на юге фронт наносил в полевую оборону, заполняющую промежутки между УРами, и эти рубежи удалось прорвать еще к полудню в первый день операции.

Заполнявшие эти позиции японские подразделения частью стали беспорядочно отступать, а частью сдаваться в плен. Одновременно началась обработка авиацией и тяжелой артиллерией соседствующих с участками прорывов Синьшаньженского, Фуцзиньского (северный фас) и Мишаньского (южный фас) УРов."

"Мишаньский УР, непосредственно прилегающий к границе у озера Ханка, «отымели» в первую очередь и со всей пролетарской ненавистью. Помимо приданной фронту артиллерии РВГК и авиации 10-й воздушной армии, на второй день операции в интересах Второго Дальневосточного фронта начали работать пикирующие бомбардировщики авиакорпусов ОСНАЗ генерала Полбина и Савицкого, высвободившиеся в полосе ответственности Первого Дальневосточного фронта.

После того как на направлении главных ударов удалось сломить сопротивление противника, а Пограничненский и Хуньчуньский УРы прекратили свое существование, вследствие чего мехкорпуса Бережного и Рыбалко вышли на оперативный простор, появилась возможность оперативно переключить высвободившиеся полки пикирующих бомбардировщиков на те направления, где в их работе еще имелась определенная нужда. В результате японские УРы, представлявшие помеху наступающим советским частям, за неделю непрерывной работы превратились в лунный пейзаж: кратер на кратере, – а кольцо вокруг группировки противника в Амурской уссурийском выступе замкнулось, после чего войска фронта начали перегруппировываться для наступления в направлении Харбина.