Не смей опять гнать, - девушка заводится и тут же тухнет. – Я тебя очень прошу.

- Я тут рядом. Катаю вокруг. Один хрен, когда ты не рядом, работать у меня не выходит. Просил же остаться дома сегодня.

Закрываю глаза и голову запрокидываю. Странные смешанные чувства. Воровкой себя ощущаю. Подкрепилась их эмоциями и снова кровь забурлила внутри.

Как бы жизнь ни текла, чтобы ни происходило, даже когда тебя пустота изнутри пожирает, кости ломая, один инстинкт всё равно остаётся - инстинкт самосохранения. Он против воли срабатывает. Амбиции, социальное положение, похоть… На его фоне бренно всё.

Сейчас я представляю собой пример одного из его проявлений – подпитываюсь их эмоциями ради своего спасения.

Когда совсем плохо и пальцами ног дно ощущаешь, есть два выбора. Погрузить себя в реально адовую обстановку и понять, что «до» всяко лучше было, или окружить себя счастливыми людьми, подзарядиться от них верой в светлое будущее.

Глава 12

Юлия

Вечером, по возвращению домой я в кровать завалилась, проигнорировав наличие в квартире достояния цивилизации в виде душевой кабины. К утру несколько раз умылась, слезами.

От макияжа и следа не осталось.

Не помню когда мне последний раз так плохо было. Вру, конечно, всё я помню. От этого ещё тяжелее на душе становится."

"Юля, ты совсем из ума выжила? Разве это повод для слёз? Ты с ним даже не в отношениях была – ругаю себя на чем свет стоит. Безрезультативно.

Жалость к себе разрушает, изнутри сжигая все зародыши здравого смысла. Я знаю один прекрасный способ с нею бороться. Не обязательно ехать в страны так называемого «третьего мира», чтобы жуткие условия тебя отрезвили. Достаточно в хосписе поработать немного.

Чужая боль притупляет твою собственную. Вокруг нас слишком много боли, облегчая жизнь других людей, ты освещаешь свою, в ней смысл появляется. Мне его не хватает катастрофически…

Я не из тех людей, кто в автономном режиме чувствует себя самодостаточным. Я вообще себя чувствую? Клеточки отмирают с удвоенной скоростью… До знакомства с Димой существовать было проще. Теперь пробитый панцирь сквозит.

Судя по всему я не только Диму потеряла. Ещё и зачатки разума. Зачем было соглашаться ехать праздновать день рождения коллеги в клуб? Мне тридцать.

До сего дня я не посещала подобных заведений. Не стоило и начинать. Но соскакивать поздно. Какими словами себя отругать, чтобы полегчало? Всё происходит не так! У меня всегда так, пора бы привыкнуть. Бездушный человек ровно что мертвый.

- Юлька, детка, улыбнись! – Ко мне обращается одна из коллег. Тамара. – Тебе там должно понравиться, куколка наша.

Куколка с вечно лицом недовольным. «Кирпич по нему плачет» - так в нашем детском доме говорили. Я с детства «на стиле», в те далекие времена это модным ге было ещё.