После чего сразу перешел к делу: — Ты ведь знаешь несколько иностранных языков, не так ли?

— Так точно! — четко по-военному ответил я, догадавшись, что время шуток закончилось.

— Мне нужен капитан, который бы попутешествовал по Франции, особенно по морским базам и портам, посмотрел, как обстоят дела во французском флоте, присылая мне отчеты об увиденном. Желательно, чтобы он выдавал себя не за англичанина, чтобы не вызывал подозрения, свободно говорил на другом языке, итальянском или испанском, которыми, как я помню, ты владеешь, — произнес он.

— Только вот на испанца или итальянца я не похож.

Могу выдать себя за датского капитана, оставшегося без корабля во время нападения Нельсона, а теперь подыскивающего место, чтобы отомстить англичанам, — предложил я.

— Еще лучше! — радостно согласился Джон Джервис. — Ты получишь деньги на дорожные и прочие расходы, и во время путешествия твоя семья будет получать оклад капитана линейного корабля третьего ранга. После выполнения задания станешь командиром такого корабля.

Я не решился отказаться от щедрой награды и попросить фрегат.

— Тебе давно уже надо было доверить линейный корабль, — сказал Первый лорд Адмиралтейства, решив, наверное, что я онемел от счастья.

— Постараюсь оправдать доверие! — бодро отчеканил я, чтобы не разочаровать старика, который уверен, что каждый нормальный человек мечтает стать адмиралом, а все остальные служат в сухопутных войсках.

95"

"Париж сильно изменился с момента моего последнего посещения, стал цивильнее, что ли. Улицы шире и чище, дома — выше и обзавелись многочисленными большими окнами. Я слаб в архитектуре, не знаю, как будет называться стиль, в котором построены многие дома, но он сильно отличался от того, что был раньше и будет позже.

Все монастыри и большая часть костелов и соборов закрыты. Монахи исчезли, как класс. Особых следов террора, гильотин на каждом углу, как писали в английских газетах, я не заметил. Революция съела своих детей, а их родственников отправила на поля сражений. То ли насытилась, то ли на вкус они жидковаты. Изменилось поведение парижан — стали вести себя раскованнее, без чрезмерной оглядки на социальное положение, и одеты все более одинаково, а контрасты в основном обуславливались чувством вкуса либо отсутствием его. Само собой, никто не забыл, с какой ложкой во рту — золотой, серебряной, оловянной или деревянной — родился, однако больше никто не кичился своим происхождением. Карету с гербами не встретишь, зато дорогие экипажи и лакеи в ливреях попадались часто. Кстати, лакеев имеют только благородные люди, которых по идее в Париже быть не должно, буржуа нанимают слуг, а священнослужители — прислужников.