Я пропадал в ней, но в последнее время мне стало это нравиться, и я всеми силами после нашего примирения пытался заслужить её прежнее доверие. Вершинина клялась мне, что простила меня, но едкий червячок чувства стыда до сих пор сжирал меня изнутри, потому я часто себя накручивал. Мне казалось, что Сашка какая-то отстранённая, что она стала совсем другой, и в этих изменениях виноват я.

И я сказал ей об этом, признался, что до сих пор терзаюсь чувством вины и думаю, что все произошедшие с ней изменения – моя ответственность. А она лишь улыбнулась в ответ и сказала, что просто стала старше. Что теперь, чувствуя, что у неё есть мужчина, ей хочется быть другой: более женственной, чтобы я всегда желал её (словно может быть иначе), более хозяйственной, чтобы заботиться обо мне. Так странно было слышать от семнадцатилетней девчонки слова о том, что она хочет стать для меня идеальной женой. И я был абсолютно уверен, что если кто-то и станет моей женой, так это Вершинина.

А ещё, словно чтобы поиздеваться надо мной, совсем недавно она притащила из книжного магазина два огромных тома: кулинарную книгу и самоучитель по йоге.

– …С такими девочками круто трахаться без обязательств, потому что, правда, они знают толк в этом деле. А потом завести серьёзные отношения со здоровой и приятной девушкой, которая умеет готовить и занимается йогой."

"– А нам, нормальным девушкам, как быть? Вы, парни, делитесь на «прыщавых неудачников» и «сексуальных подонков»! Конечно, девушки влюбляются в ваши прекрасные рожицы, игнорируя представителей первой группы, какими бы хорошими мужьями они бы потом ни стали. А далее разочаровываются в этой жизни, потому что вы, мудаки, находитесь в вечном поиске кухарки, занимающейся йогой!

Это воспоминание снова заставило меня улыбнуться. Сашка хоть и взрослела, её юношеский задор всё равно захлёстывал. И мне это нравилось.

– Знаешь, Саш. Мне кажется, что я влюбился в тебя гораздо раньше всей этой истории с поцелуем.

– Правда? – девушка заинтересованно вытянула шею, пытаясь заглянуть мне в глаза, но я смотрел в потолок, пытаясь восстановить в голове картинки прошлых воспоминаний.

– Да. Просто это всплывает в памяти. Начинаешь анализировать свои мысли и поступки в прошлом и понимаешь, что руководствовался совсем не тем, в чём себя убеждал. Например, каждый раз, когда я спасал тебя от навязчивых поклонников, или тогда избил парня, который хотел тебя обидеть, я вовсе не хотел защитить тебя, как сестру. Это была откровенная ревность, я просто не мог представить, что кто-то будет трогать тебя так, как не было позволено даже мне.

– Стас, если бы ты захотел, я бы влюбилась в тебя уже давно, но ты сам определил формат наших отношений, разве нет? – с каким-то недовольством ответила Саша.