Майор Тихонов почесал «репку», он получил необычное задание: построить «немецкий» опорный пункт. В качестве образца я выбрал ОП у поселка Вороново. Оборону там держали 1-й батальон 344-го пехотного полка, а их соседями был 3-й батальон 385-го пехотного полка, оба из состава 223-й пехотной дивизии генерала пехоты Рудольфа Лётерса.

Саперы, они в основном минами и мостами занимались, да дзоты строили, поэтому ворчали, просто спасу не было. Пришлось и самому взять в руки БСЛ и показать точный «немецкий» профиль хода сообщения.

– А зачем, товарищ комиссар? Себе-то не успеваем строить, а зима на носу, – спросил пожилой усатый ефрейтор, не расстававшийся со своим топором даже на земляных работах.

– Так ведь… Зовут-то как, товарищ ефрейтор?

– Тихоном кличут, тащ комиссар, но ты ж так и не ответил, комиссар.

– Драться здесь будем.

– Да как же здесь подерешься, и не размахнуться, и не повернуться.

– Так в этом-то и дело! Они специально такие строят, а вот тут вот его, фрица, стрелковая ячейка, ты в окоп прыг, а он тебя снизу и сбоку очередью.

– От стервецы, хитрят! Вот теперь понятно, для чего и для кого горбатимся.

Отделение! Навались! Построим, тащ командующий. В лучшем виде!

Построить-то построим, да вот только для кого? Кроме небольших подразделений тыловых служб и саперно-инженерной, пока боевые части не прибывали. Несколько обескураженный, уже с собственного КП позвонил Сталину, доложился, что личный состав укомплектован на 0,01 процента, все остальное полностью по нулям.

– Ми в курсе, – недовольно ответил Верховный и положил трубку.

На следующий день прибыл первый батальон 327-й дивизии, но состоящий из бойцов и командиров 87-й кавалерийской дивизии генерала Трантина.

Василий Фомич, который с таким же нетерпением ждал «своих» кавалеристов, позвонил Мерецкову, на что тот сказал, что конного состава нет, комплектовать 13-й корпус нечем, поэтому принято решение всех вышедших из котла кавалеристов, после двухнедельного отдыха в Будогощи, направлять на комплектование 327-й дивизии, командиром которой он предлагает стать Василию Фомичу, при условии, что командарм будет согласен. Комфронта никогда не произносил ни моего имени-отчества, ни фамилии, ни тем более звания. Командующий, и все.

– Зашугал ты его, Петрович.

Он же большой любитель устроить смотры всякие на отдыхе и переформировке, а тут и носа не кажет. Так что, Петрович, гожусь я тебе али другим боком встать?

– Принимайте командование, Василий Фомич, меняйте печати, название, штаб как таковой у вас немного сохранился, ну и будем перевооружать бойцов. Эшелон с вооружением пришел и встал под выгрузку. Направляйте первый батальон в Жихарево, прямо на машинах. Разнарядку возьмите у Артемова.

Он – гораздо старше меня и не первый год командует дивизией.