В себя меня привёл хлопок открывшейся двери и нервный окрик Ильи:

— Нина!

Где-то там за его спиной маячили парочка мужиков, пытавшихся из-за Нечаевского плеча разглядеть, что здесь происходит.

Я тряхнула головой и уставилась на свои пальцы, с силой сжимавшие ворот блузки Карины. Это было настолько пугающе и непонятно, что я резко разжала руки и отскочила от Павловой. Действовала скорее по наитию, вряд ли действительно осознавая, что делаю.

Помощница мужа жалобно всхлипнула и вылетела из кабинета, я же продолжала смотреть на свои пальцы так, как если бы они были не мои.

— Нин, — неживым голосом повторил Нечаев уже у меня за спиной, приобняв меня за плечи.

***

В общем, мой приезд на завод не закончился ничем хорошим.

Мало того что Карину довела до истерики, так ещё и Илюхиных заказчиков порядком напугала.

Впрочем, всё это меркло перед тем, что до нас с мужем дошла одна простая истина: я была НЕ в порядке. И как бы я ни храбрилась и ни пыталась запихать все свои чувства поглубже, моё состояние оставляло желать лучшего.

И Нечаев сделал в этой ситуации единственное, что мог — отправил меня к психотерапевту и уволил Павлову.

Была не согласна с обоими его решениями, но, видимо, без этого было никак. Кто бы мог подумать, что Карина вдруг окажется столь сильным триггером для меня.

— Стыдно, — однажды призналась я ему. — Стыдно, что всё так."

"— Нормально, — поправил он меня. — Неизвестно, как на твоём месте с этим справлялись бы другие. Да и выбирать между тобой и Кариной глупо, тут же всё очевидно…

Ну а психотерапия… на долгие два года вошла в мою жизнь, став какой-никакой опорой.

И нет, я не была сумасшедшей, но и назвать меня полностью здоровой язык как-то не поворачивался.

Зато пройдя через всё это, мы с Ильёй вдруг смогли заново выстроить наши отношения на каком-то более зрелом, уравновешенном и гармоничном уровне.

И через несколько лет я даже пришла к желанию предложить ему ещё раз попытаться стать родителями…

Глава 4.

Месяц назад

Ольга смотрела на меня круглыми глазами. Я не планировала жаловаться на жизнь, я вообще не планировала жаловаться, но и врать… Хватит уже того, что для Илюхи нагородила целую кучу всего.

— Нин… мне так жаль, — тщательно выбирая слова, проговорила Петрушевская.

Неопределённо повела плечом.

— Не я первая, не я последняя. Статистика по невынашиванию беременности у нас в стране… так себе.

Это не была бравада, я правда долгие годы училась относиться к случившемуся как к некой норме.

На что моя собеседница лишь с самым серьёзным видом покачала головой.

— И что… вы больше не пытались?

К этому вопросу я тоже привыкла. Особенно в исполнении своей мамы, любившей намекать на то, что как бы можно и ещё попробовать.