Временами это доходило до автоматизма: подмечать признаки простуды, отслеживать режим проветривания, давать кучу полезных советов, о которых меня никто не просил.

Моя профессия идеально мне подходила — роль всезнайки была словно вшита мне в голову. Единственным человеком, с которым я позволяла себе бесноваться, был Илья. Даже с Костей я старалась оставаться в рамках приличий и проявлять благородство.

Мне казалось, что это и есть искренность, у мужа же, похоже, были иные представления.

Пашка иногда оборачивался на меня, проверяя, не ушла ли я. А я с ужасом начинала осознавать, на что вообще подписалась.

Если Илья сумеет убедить Юлю отправиться на лечение, то заботы о мальчике полностью лягут на меня. И это не могло не пугать. Интуиция подсказывала, что одним контролем за соплями и съеденной кашей здесь не обойтись.

Шаги за спиной меня не удивили. После того как Нечаев примчался сюда, мне стало казаться, что он найдёт меня где угодно.

— Она согласна, — без привычного самодовольства сообщил он, усаживаясь рядом."

"Сил на какие-либо эмоции уже не осталось, поэтому просто кивнула головой.

Мы некоторое время сидели молча, глядя на фигуру мальчика вдалеке.

— Справишься с ним? — нарушил тишину Нечаев.

— Надеюсь.

— Вы можете перебраться в город. Там будет проще.

— Мы справимся.

— Нин, жизнь за городом летом и жизнь за городом зимой — это разные вещи.

— Ты сомневаешься во мне? — скорее по инерции фыркнула я.

— Предупреждаю.

— Не стоит.

И снова эта тишина. Давящая, беспокойная, многозначительная.

— Почему ты никогда не рассказывал мне про своё прошлое? — мы оба понимали, что рано или поздно я задам сей вопрос.

Илья немного помедлил.

— Мне хотелось быть сильным для тебя.

Лучшей версией самого себя.

— Бред, — покачала головой, — для меня ты и так всегда был самым…

— Это потому, что я старался, — усмехнулся Нечаев. — При близком рассмотрении я редкостная сволочь.

— Мне-то можешь не объяснять, — хмыкнула я, уже по-настоящему.

Он запустил руку в волосы и неожиданно признался:

— Мне было стыдно. Стыдно, что в моей жизни было столько нездорового дерьма.

— Ты сам только что говорил Юльке, что ты был ребёнком и не мог ни на что повлиять.

— Скажем так… это открытие последних недель. Я ещё не до конца научился применять его относительно своей жизни.

На этом с вопросами на сегодня было покончено.

— Мы с Юлей уедем. Мой человек уже нашёл ей нужную клинику.

— Ого, — поразилась искренне. — Значит, я не ошиблась.

— В чём?

— Что позвонила тебе. Я и сама могла бы заняться поисками клиники, но у меня это заняло бы гораздо больше времени. Я привыкла действовать в рамках системы государственной медицины…

— А она неповоротлива, — закончил вместо меня Илья.

Хотелось полюбопытствовать, откуда такие познания, но не стала.