– Я понимаю, – опустила она голову.

– Так будешь раздеваться или нет? – натянул перчатки. – У тебя ровно одна минута, Ася.

Девчонка завибрировала всем телом, схватилась дрожащими пальчиками за край платья и спросила:

– Всё снимать?

– Нет. Только трусы.

Прекрасная актриса. Не видел бы я своими глазами, как ее пялили с двух сторон, я бы поверил.

– Иди за ширму, как будешь готова, позови.

Ася кивнула и на негнущихся ногах пошла в указанном направлении.

Через две минуты, когда я уже потерял всякое терпение, она позвала меня:

– Марат Османович. Я готова.

– Тогда я вхожу.

Девчонка сидела на кресле, свесив ноги вниз. Трындец, она что, у гинеколога никогда не была? Представляю, какой букет заболеваний может она носить, если ни разу не обращалась к врачу.

Надо хотя бы стандартный мазок взять, мой сын вполне мог залезть к ней пальцами в трусы, а потом те же пальцы потащить себе в рот.

– И как я должен тебя смотреть? Ноги поставь на подставки.

– Господи… – она стыдливо закрыла лицо ладонями.

– Слушай, Ася, хватит изображать святую невинность. Достаточно! Мы тут одни, не перед кем играть. Сядь, как надо.

– Как вы не понимаете? Мне так стыдно! Вы же папа Руслана.

– Я устал повторять, что сейчас я для тебя просто врач-гинеколог. Или ты сомневаешься в моем профессионализме?

– Нет, нет, конечно… Рус много про вас рассказывал. Вы – его кумир.

Уже откровенная лесть пошла, но ей меня не провести и заболтать. Таких малолеток, как она, щелкаю на раз-два.

– Ася, – шумно и нетрепливо выдохнул, и девчонка тут же раздвинула ноги. – Платье теперь подними. Или я сам должен все делать? – спросил раздраженно.

Меня этот цирк уже утомил, честное слово.

Став почти свекольного цвета, Ася задрала платье.

Первое, что я почувствовал – это ее запах. Чистый, черт возьми, запах. Шлюхи не могут так пахнуть.

Девчонка сидела в кресле, окаменев и зажмурившись, будто бы ожидала, что я пытать ее сейчас буду.

– Когда были последние месячные? – задал стандартный вопрос, бегло осматривая ее вульву и анус. Оба отверстия были наглухо закрыты, что опять же, свидетельство о том, что бурной половой жизнью эта девушка не жила.

– Шесть дней назад.

Похоже на правду, что у нее сейчас начало цикла. Так, не беременна – уже прекрасно.

– Ну, что, Марат Османович, вы уже готовы извиниться передо мной? – неожиданно дерзко спросила Ася.

– Еще нет, – ответил я и ввел в нее указательный палец…

Глава 3

– Ай-яй, вы что делаете? – дернулась я от неожиданности. – Вы что, меня девственности лишили?

– Кончиком пальца? Глупости не говори. Я взял мазок. Ну и проверил кое-что. Можешь одеваться.

Не зная, куда себя деть от стыда, я соскочила с кресла, взяла трусы и вылетела из-за ширмы.

– Не спеши, – остановил меня за плечо Марат Османович.