— Ясно, — выдыхаю, а у самого в голове каша какая-то. — А сама она где?

— А вот это еще одни вопрос, ответа на который у меня пока нет, — с неохотой признается Полянский. Похоже, он и сам не рад такому раскладу.

— То есть вы не можете ее найти?

— То есть у нее вышло неплохо замести следы, когда она принесла ребенка. Оборудование, способное на такое — не рядовая игрушка. Так что друзья у нее — товарищи серьезные. И если не хотим спугнуть ее, придется действовать осторожно.

— И как долго все это будет длиться?

— У меня есть пара зацепок. Большего сказать не могу — не люблю обнадеживать зря.

— Ясно. Надеюсь, результат будет как можно скорее, — вежливо намекаю Олегу.

Но в ответ получаю только короткие гудки. Все-таки очень странный мужик.

В итоге разговор не успокоил только добавил повода для тревоги. Куда Полинка могла влезть? Она же всегда была против темных схем и прочего. Наоборот, отказывалась, когда некоторые намекали об этом. Неужели сменила приоритеты? И что это еще за таинственные друзья, которые помогают замести следы?

В общем, я не только не успокаиваюсь, но напротив — сильнее начинаю волноваться. Даже работа не особенно спасает.

На встречу с Емельяновым приезжаю чуть позже назначенного. Потому что Платон прям перед выходом решает, что обслюнявить мне рубашку — отличная идея. Но я даже разозлиться не могу — стоит посмотреть на его улыбку, как становится плевать на испорченную рубашку.

— Извините, — тут же хлопочет Ольга. — Я его только недавно покормила. И вот…

— Все хорошо, — отмахиваюсь и иду переодеваться.

Ресторан Владимир выбрал весьма пафосный. Но вместе с тем он находится в относительной близости к его офису. Так что я даже не особенно удивлен. Хостес проводит меня к нужному столику, за которым уже сидит мой потенциальный клиент.

— Прошу прощения, — виновато произношу, садясь за стол. — Ребенок пометил очередную рубашку.

Вроде бы ни к чему вдаваться в такие детали, но я, во-первых, ловлю кайф от того, что я — отец. А во-вторых, мне и правда нужен этот контракт. Так что начинать переговоры с непунктуальности не хотелось бы. Кто знает, что в голове у Емельянова.

— Ничего, понимаю, — легко отвечает тот. — У вас мальчик?

— Ага. Сын. Почти полгода.

— У меня пацану пять лет. Так что я еще помню как это.

Удивительно, но эта тема как-то сразу разряжает атмосферу. Даже странно. Никогда бы не подумал, что дети могут стать мостиком на деловых переговорах.

Нам приносят меню, и, сделав заказ, наконец, переходим к тому, ради чего встретились.

— Назар, не буду ходить вокруг да около — ваша компания и ваш контракт меня полностью устраивают.

— Однако есть но?

— Именно.