Медленно киваю и под его вопросительным взглядом уже открываю рот, чтобы ответить, но…

— Имя свое скажете? Документов при вас никаких не нашли.

А я только беспомощно смотрю, и от понимания, что не могу ответить даже на такой простейший вопрос, начинаю задыхаться.

— Так, тише! — командует врач и быстро зовет медсестру. Та что-то колет мне, и я снова отключаюсь.

Следующее пробуждение оказывается менее болезненным. В палате я по-прежнему одна. Но теперь на тумбе рядом замечаю небольшой пакет, в котором угадываются… апельсины?

Попытка сесть в этот раз проходит куда легче. Меня все еще пошатывает, но, по крайней мере, нет сводящей с ума боли.

До двери выходит добраться с трудом, но мне необходимо понять, где я. Увидеть хоть что-то, кроме этих четырех стен. В голове свербит мысль, что мне здесь не место, что я должна куда-то спешить. Но при попытке сосредоточиться на этом, начинает раскалываться голова.

В коридоре немноголюдно. Поодаль замечаю сестринский пост. Две молодые девушки сидят там и о чем-то шепчутся, хихикают. Мимо меня проходит несколько пациентов, окидывающих меня безразличным взглядом.

Что я переоценила свои силы, становится ясно уже через пару шагов. Ноги дрожат, и я едва не сползаю на пол.

— Что ж вы встали-то! — раздается строгий голос, и меня тут же подхватывают под мышки и отводят обратно в палату.

Это оказывается тот самый доктор.

— Зачем встали?

— Мне… Мне надо…

— Что надо? Позвали бы медсестру, если в туалет захотели.

Я смущаюсь под его неодобрительным взглядом и мотаю головой.

— Где я?

Он тяжело вздыхает и поправляет мне одеяло.

— Имя, я так понимаю, не вспомнили?

— Нет. Как я здесь оказалась?

— На скорой привезли. Вы упали с лестницы. Точнее, с эскалатора. У вас черепно-мозговая травма, которая по-видимому и привела к потере памяти.

— Это навсегда? — ужасаюсь я.

— Не обязательно. Такое бывает. Но все может вернуться.

— И каковы шансы? — уныло спрашиваю я. Врач же многозначительно молчит.

— А как я оказалась в торговом центре?

— Это уж вам лучше знать.

Тут мой взгляд падает на пакет на тумбу, который замечает и Игнат Иванович.

— Вас навещали. Мужчина с ребенком.

Первая мысль — муж. Бросаю взгляд на правую руку, но кольца нет. Хотя легкий едва заметный белый след — да. Неужели в разводе?

— Сказали, что познакомились с вами там, — разбивает мои предположения доктор. — Вот просились навестить, но вы спали.

— А они… еще придут?

— Думаю, да. Мальчик очень сильно хотел, насколько я понял.

При мысли о ребенке в груди что-то отзывается. Словно становится тоскливо от того, что потерял что-то ценное.

— Ладно, вы отдыхайте. Не скачите сами, пожалуйста. Если что — зовите медсестру. Тут есть кнопка вызова. Скоро будет обед, а чуть позже я снова зайду к вам и обсудим ваше состояние.