Мария протянула руку, зажгла лампу, стоявшую на тумбочке, и придушенно вскрикнула: в спальне находился Николо и спокойно снимал рубашку.

7

— Какого черта вы здесь делаете? — Голос Марии прерывался от негодования.

Граф наградил ее насмешливым взглядом.

— Видите ли, милая, это моя комната.

Мария села в постели, прикрывшись простыней.

— Если не уйдете вы, значит, уйду я, — со злостью заявила она.

— В доме четыре спальни, — объяснил Романо. — У меня как раз столько гостей.

— Разве двое из них не могут занять одни апартаменты?

— Каждая спальня похожа на эту. Предложить гостям такое — значит оскорбить их.

 — Николо расплылся в улыбке. — Вы моя… — он сделал паузу, — женщина. Где же вам еще ночевать, как не со мной?

— Черта с два! — отрубила Мария.

— Не вижу никаких проблем. Кровать достаточно широкая.

Как просто он рассуждает, промелькнуло в голове девушки. А разве она может остаться с ним в одной комнате, не говоря уж об общей постели?

— Знаете, лучше я устроюсь на софе в гостиной, — решительно объявила Мария.

— Вы рискуете. Вдруг кто-то страдает бессонницей? И надумает послушать музыку или посмотреть телевизор? — Николо изогнул бровь дугой.

 — Здесь вы, по крайней мере, находитесь под моим покровительством.

Глаза Марии яростно засверкали.

— Да я не желаю пользоваться им!

Романо рассмеялся.

— Приятно, что вам нравится разнообразие.

Щеки девушки залились румянцем. Не задумываясь, она схватила подушку и швырнула в Николо, не опасаясь возможного наказания.

Он изящно перехватил подушку, бросил ее обратно и продолжал спокойно раздеваться. Мария не могла заставить себя отвести глаза от великолепного почти обнаженного тела. Его мускулы напрягались и расслаблялись, их плавная игра под шелковистой кожей свидетельствовала, что граф очень следит за своим здоровьем.

Когда Николо стал снимать нижнее белье, девушка наконец отвела взгляд. Ей не хватало смелости досмотреть до конца разыгрываемый им спектакль.

Будь он проклят! Неужели у него нет ни капельки скромности?

Лицо Марии исказилось гневной гримасой.

— Ладно, я вполне обойдусь креслом, — сказала она.

Граф спокойно подошел к противоположному краю кровати и скользнул под одеяло.

— Как пожелаете.

— Я не намерена находиться с вами в одной постели! — яростно выпалила она, поднимаясь.

Захватив простыню, Мария обернула ее вокруг хрупкой фигуры и придерживала над грудью.

— Будьте осторожны, не упадите, — протяжно произнес Николо.

Девушка с трудом подавила гнев.

Кресло оказалось огромным и вполне удобным. Она свернулась клубочком, тщательно прикрывшись простыней, положила голову на подлокотник и закрыла глаза.

Ранний подъем, бурные события дня в конце концов сморили Марию, и она постепенно погрузилась в легкую дремоту.