Он как всегда одет с иголочки, а я…

Я мать, которой вечно не до себя! Волосы небрежно собраны в хвост, футболка и легинсы безжалостно испачканы абрикосовым пюре (заметила в последний момент), дома бардак.

А с детьми бывает по-другому?

Но Махдаеву, конечно же, этого не понять. Он привык к идеальному миру и лакшери-лайф.

— Не понимаю, о чем ты. — Отвожу взгляд и сжимаю в ладони силиконовый прорезыватель Каришки.

Я действительно не понимаю его намеков. Наверное, у него окончательно поехала крыша от той власти, которую он сейчас имеет.

Особенно надо мной. Последний поцелуй ясно дал ему понять это.

— С пропажей ребенка не прокатило, поэтому ты перешла на план «Б». Узнала, что Тёма — сын моей тети, вот и устроилась к ней на работу.

— Ты с ума сошел, — качаю головой, не веря своим ушам.

Давненько не слышала более бредового бреда!

Почему я согласилась на предложение Людмилы, его тетки по матери, и стала репетитором Артёма?

Да потому что предложили мне хорошие деньги за непыльную работенку в декрете!

Потому что три тысячи рублей в час на дороге точно не валяются!

Потому что я осталась одна, а мне еще Каришку растить и сестру-подростка как-то отучить, на ноги поднять нужно!

Потому что вылезли старые долги отца, которые его дружки начали требовать с меня!

Ему бы сказать все это, бросить в лицо так же, как он без объяснений швырнул мне свое: «Ты для меня умерла», но я молчу, не в силах произнести ни слова.

— Что тебе нужно, Огнева? Что ты от меня скрываешь? — Осман вдруг садится на стоящий рядом стул и наклоняется вперед, почти вплотную приблизив свое лицо к моему.

Что я скрываю?

Одну маленькую тайну, которая сейчас с интересом следит за нашим разговором и не понимает, почему мама все еще ее не взяла на руки.

Вся в тебя, папаша!

— Ничего, — говорю вслух, чувствуя себя неуютно под его пристальным взглядом.

— А если найду? — Дразнит меня?

— Да, пожалуйста.

— Начну прямо отсюда… — рука Османа вдруг ложится мне на талию и ползет вверх, прямо под футболку.

— Что ты делаешь?"

"Дрожу всем телом, и надо бы что-то сказать, оттолкнуть его, но не могу разомкнуть губ. Застыла, ушла в себя, испугалась.

А что если сюда войдет его племянник и увидит нас?

Он уже взрослый парень, сразу догадается что к чему, а потом возьмет и за семейным ужином расскажет все жене нелюбимого дяди.

Мне хватило прошлой истерики Зары, когда не было ни малейшего повода, что же она сделает сейчас?

Хотя, разве с моей стороны есть какой-либо повод?

— Уходи, Осман. Забирай своего племянника и уходи!

Отталкиваю его от себя и вскакиваю на ноги. Хватит с меня Махдаевских разборок, я знаю, что ничем хорошим это не закончится.