— А дочку с кем оставили?

Все понятно, прощупывает почву. Легко так, ненавязчиво, словно боится спугнуть.

— Может быть, с папой оставила. — Почему я говорю это с вызовом?

— Вы бы не сидели сейчас здесь в ожидании черного бразильского. — Опять улыбка, и… Я чувствую себя круглой дурой.

Краснею, сливаясь по цвету со своим алым шарфиком.

Слава богу, приносят наш заказ, и мне не нужно ничего отвечать.

А что я могу сказать? Что сама не знаю, зачем согласилась?

Нет, вру, знаю. Мне просто хотелось поблагодарить этого Олега, и больше ничего.

— Я так понимаю, дочку вы нашли по адресу, указанному на бумажке?

— Да.

— Проблем не было?

— Нет.

— Прекрасный диалог. — Подмечает Олег со смехом.

— Извините, — качаю головой, даже не зная, как себя оправдать. — Одичала в декрете.

Я… просто отвыкла от такого. Разучилась общаться с мужчинами. В моей жизни всегда был Осман, а с ним… с ним все было по-другому."

"— Ничего страшного. Пейте кофе. Я вам еще и десерт заказал.

— Ну что вы, не нужно было…

Обрываю речь на полуслове, потому что… Сердце падает куда-то вниз.

Нет, быть такого не может! Если это совпадение и игра звезд, то совсем не смешно.

Встречаюсь со взглядом до боли знакомых темно-карих глаз, и он не сулит мне ничего хорошего.

Осман стоит у стойки в ожидании своего кофе и, кажется, готов убить не только меня, но и Олега.

* * *Внутри меня все дрожит.

Махдаев смотрит на меня… с ненавистью? С презрением? С ревностью?

Как расшифровывается этот взгляд?

Одно могу сказать точно — мне от него не по себе.

Хочется… Блин, хочется зарыться под одеяло, под плед, да что там, я готова сползти под стол, лишь бы прекратилась молчаливая перестрелка одними глазами.

— Все в порядке? — Олег обращается ко мне, а я как загипнотизированный удавом кролик еле выдавливаю из себя:

— Да, да.

Откашливаюсь, чувствуя, что во рту пересохло. Тянусь к стакану с водой, торопливо отпиваю и весьма не грациозно умудряюсь поперхнуться водой.

Осман качает головой, и этот жест… Он, что, смеется надо мной? Или что, я не понимаю?

И дело тут не в моих декретных мозгах, а в том, что Махдаев включил чертового сноба. Жутко красивого, сногсшибательного, но все-таки до жути бесящего сноба!

А я… Я все могу вытерпеть, кроме насмешки над собой.

Ничего не могу поделать, это мой маленький «триггер». Ох, еще и коверкать родной русский иностранными словечками начала…

Это все из-за волнения! Все из-за Махдаева, клянусь!

Он, кстати, напоследок окидывает нас с Олегом презрительным взглядом (да, все-таки это было презрение) и разворачивается в сторону выхода.

— Олег, я сейчас вернусь, — бросаю коротко своему новому знакомому и, не дожидаясь его ответа, бегу за Османом.

Я точно в своем уме?

Нет, конечно. Я вне себя от ярости.

А когда я злая, я импульсивная и вообще «не лезь, убьет!».