Возможно, все дело в избытке окситоцина в крови из-за того, что я кормлю дочку грудью, возможно, в чем-то другом…

— А если бы мы были на прогулке с Кариной? — Осман приводит свой крайний, самый серьезный аргумент. — Ты подумай об этом.

— Не дай Бог!

— Вот именно. Никогда не стоит жалеть тех, кто пошел на подлость.

Киваю, не желая больше спорить на эту тему. Осман прав, просто я еще не осознала до конца всю степень серьезности ситуации, в которой мы оказались часом ранее.

Честно говоря, все, чего я сейчас хочу — это забыть о произошедшем как о страшном сне. Прижаться к моей крошке, вдохнуть ее сладко-молочный аромат и никогда больше не бояться за жизнь своих близких.

— Осман? — мы уже собираемся выйти из машины, когда я останавливаю Махдаева.

— Да, родная?

— Я боюсь той правды, что может открыться. Ну… Моя мама и Тагир… А еще боюсь того, что он решит испортить нам жизнь.

— Я понимаю, родная. Но тебе нечего бояться — я стану стеной, если нужно. — Осман ласково гладит мне щеку.

— Осман, ты можешь попросить своих людей больше не искать информацию?

— Могу. Если тебе так будет спокойнее.

— Да, — сжимаю его руку. — Я не хочу ворошить эту тайну. По-крайней мере, сейчас. Я уже один раз потеряла отца, не хочу переживать эту боль снова.

Да, это решение дается мне нелегко, но оно самое правильное на этот момент. Я так чувствую. Я устала жить в постоянном страхе, что вот-вот нагрянет очередной… армагеддец. А если еще и Тагир узнает всю правду, то беды не миновать. Так подсказывает мне интуиция. А она меня еще ни разу не подводила.

Ну разве что пару раз, но сейчас не об этом.

— Хорошо, Огонек, как скажешь. Я приму любое твое решение.

Посылаю Махдаеву благодарную улыбку.

— Эх, так и не попали в ""Мариотт"", — вздыхаю я, пытаясь разрядить обстановку.

— Ничего, Огонек, повторим на неделе, — ухмыляется Осман. — И вообще, у нас столько времени впереди, хватит и на ""Мариотт"", и на ""Фо Сизон"".

— Ах, ах! Я вся ваша, да и в доме Милы Захаровны мы вроде бы не страдаем.

— Это я уже решил. — Вот ведь решала! — Пойдем, не могу, соскучился по дочери.

Ну и разве откажешь Осману в этом вопросе?

Даже у больших мужчин есть маленькие слабости, против которых они не способны устоять.

Эпилог. Осман

Мои девочки резвятся на лужайке нашего нового дома, в то время как я быстренько накидываю список дел своему помощнику. Нужно поставить памятник тому человеку, который придумал удаленку, электронку и прочую ""-ку"", облегчающую жизнь даже самым большим боссам.

Нет, я, конечно, не такой биг босс, как меня дразнит Поля, но все же, дел у меня не меньше.

После ареста Тагира фирма перешла в мое управление, однако я решил поступить так, как мне велело сердце — продал часть бизнеса, оставив себе сотрудников и офис, и вырученные деньги перевел в благотворительный фонд.