Что же они могли такое пообещать Ойлину, раз он пошел на предательство? Неужели не понимал, что орки не пожалеют никого?

— Что собираются ваши командиры делать дальше? — Нортон не показывает никаких эмоций по поводу ответа орка: ни страха, ни раздражения. Как будто ему про дождь за окном сказали.

— Глупый дракон. Н’хаар молчать!

Орк, видимо, улыбается, хотя я бы сказала это оскал. Звериный такой.

Генерал только немного поднимает руку, и орка скручивает от боли, что тот чуть не падает.

— Я не люблю повторять, сын вождя, — произносит он. — Что твое командование собирается делать дальше?

— Убить всех! — рычит орк.

— Сын вождя… Единственный же, так? — после недолгого молчания губ Нортона касается легкая ухмылка. — Можешь не говорить. У вождей только по одному сыну. На что будет готов твой отец ради того, чтобы мы сохранили тебе жизнь?

Орк пытается подняться, скалится, в его глазах плещется ярость, но очередной взмах руки генерала заставляет его снова рухнуть на колени. В этот момент к Нортону подходит Горвенц и очень тихо что-то говорит. Похоже, сообщает то, что ему рассказала Анна.

— Этот символ, — дракон показывает на тыльную сторону левой руки орка. — Что это?

— Связь, дракон, — отвечает орк. — Тебе не найти предателя. Мой народ победить.

— Увести! — командует Нортон. — Мы продолжим позже.

Маги, которые удерживали все это время плетения на орке, заставляют его подняться, а двое солдат размыкают кольцо из тыквы.

— У парня я таких не видел, — произносит Горвенц."

"— Его надо будет осмотреть целиком, — серьезно отвечает Нортон. — Это может быть метка связи орков, а может… Это действительно заговор среди аристократии, особенно если то, что сказала Анна про Фирхомбахера — правда.

Нортон кидает на меня еще один многозначительный взгляд, но не подходит. Они с капралом уходят в сторону штаба, и я перестаю слышать их разговор. А жаль.

— Айтина, пока мы здесь, можно я еще к Мери зайду? — подходит ко мне Анна. — А капралу я все-все сказала, как ты меня просила.

— Да, я уже поняла. Это хорошо, — киваю я. — Только давай быстро, а то нам уже скоро обед готовить.

Пока Анна уходит к целителям, я хожу между больших палаток, сейчас почти пустых, потому что солдаты в основном живут в домах в деревне. Здесь же хранятся запасы продовольствия, вещей, оружия и даже дров.

Когда я прохожу мимо одной из палаток, внезапно с солдатами около входа, оттуда как раз выводят Виллению. Так вот, где ее держали.

Она замечает меня и останавливается. Я даже готовлюсь в случае чего использовать магию, но Вилления удивляет:

— Спасибо, — говорит она.

Я поднимаю брови. Неожиданный поворот. Солдат, который ее ведет, тянет дальше, но я прошу подождать.

— Я правда испугалась, — продолжает Вилления.