— Оставь ее! — раздался злобный голос бывшего ректора, и он вышел из-за крыла Берта.

— Шелдон?! — ахнула драконица, справившись с воздействием Торинора.

— Здравствуй, Эриннель, — коротко кивнул он, но его взгляд потеплел. А вот взгляд бабули… Я невольно скосила глаза и увидела поджавшую губы Эмму. Правда, судя по ее сдержанной реакции, она обо всем знала. Демоны, да моя бабуля — кладезь всех секретов Таррина!

Видя, что Берт собирается вмешаться, я поспешила обхватить шею любимого, пока он не натворил глупостей, и придвинулась к его уху.

— Стой, — прошептала я, понимая, что подтверждать его догадки придется все-таки именно мне.

 — Они сами разберутся. Ты все правильно понял, Ферт и правда твой отец, он мне сам сказал перед прямой передачей. Но ты не оборотень! Пожалуйста, не надо…

Что не надо, я вряд ли смогла бы объяснить, слова сами вырвались. Берт ничего не ответил, но перестал вздрагивать, хотя земля под его лапами разлеталась в разные стороны. Нервничал, оно и понятно…

— Тот самый оборотень, — усмехнулся Торинор, — я надеялся, что ты уже умер.

— Не все твои желания сбываются, — спокойно ответил Ферт.

Очевидно, назревала буря. Но никто со стороны Империи ответить не успел, потому что раздался требовательный голос Питера:

— Альяна! Немедленно иди сюда!

Наступила полная тишина, и все взгляды обратились на меня. Но разве мне это когда-либо мешало?

Люблю шокировать окружающих."

"— Нет, — спокойно ответила я, и слезы мгновенно высохли. Зато решимости прибавилось. — Я останусь с Бертом.

Голос дрогнул, но сейчас не время для эмоций. Нареветься я всегда успею.

Мое категоричное заявление впечатлило не только магов, но даже драконов: первые пооткрывали рты, а последние, хлопая крыльями, тихо переговаривались между собой.

Шокировать получилось, теперь будем разгребать последствия.

— Ты в своем уме?! — взревел отец.

— Альяна, не торопись с решением, — покачал головой Даррен. Лекса насупилась, но промолчала. Хотя я видела — она много чего хотела сказать своему мужу. Но не могла — полные слез синие глаза и беспросветное отчаяние, близкое к истерике.

— Не может быть… — пробормотал лионский посол. А его сюда каким ветром занесло?

— Это он ее околдовал! — неожиданно взвизгнул Рэм, ткнув пальцем на Берта.

Я удивленно посмотрела на несостоявшегося жениха, а он как с цепи сорвался, продолжая обвинять: — Втерся в доверие! Оказался спасителем! И не стыдно тебе пользоваться давней дружбой и лишать Альяну будущего?!

О, да он очень хорошо осведомлен! Однако… все равно идиот.

Берт напрягся всем телом и раскинул крылья, отчего я едва не сверзилась с него, в последний момент вцепившись в шею. Неожиданно защипало ладони, и это могло означать только одно — магия возвращается.