Устранение свиты заняло не больше минуты. Я убедился, что со стороны улицы они по-прежнему выглядели как спящие и направился в соседнее отделение.

Толстый архимаг беспощадно храпел, повернувшись к стенке. Уж не знаю, что лучше, услышать рёв болотной твари или храп этого поросёнка. Я хорошенько пнул его вбок, так, чтобы он почувствовал, но ничего себе не сломал. Юрта хоть и стояла на отшибе, но мне визг на всё поселения не нужны.

— Вставай! Чёртова свинья! Ты войну проспал! — громко сказал я.

— Какой сволочь посмела ударить меня⁉ — толстый мужичок резко повернулся и попытался рассмотреть меня.

Понятное дело, что сделать этого в темноте не смог. Поэтому начал напитывать ладони энергией. Тут я его и поймал за копну сальных волос. Идиот почему-то решил, что не стоит спать в военном походе в броне. Дёрнув его за волосы, я приставил к его роже боевой нож.

— Ублюдок! — он попытался вырваться, но я тут же двинул ему рукоятью по зубам, чтобы пресечь любые попытки.

Удачно получилось, пара зубов вышла погулять, но ему это только на пользу.

— М-м-м! — он замычал и схватился за рот, из которого хлынула кровь.

— Закрой свой хавальник! — злобно прошипел я."

"С первого раза колобок ничего не понял, подумал, что я собираюсь с ним шутки шутить. Пришлось добавить, на этот раз пострадал его нос. Бывают же недоверчивые люди, которые любят все проверять на собственном опыте. Видимо, мне попался именно такой умник. Теперь он лежал связанный по рукам и ногам на полу, с кляпом во рту, без зубов и со сломанным носом. Проверил, так сказать, на собственном опыте…

Я усмехнулся и сел на кровать, после чего начал рассматривать его броню, которая стояла на специальной стойке прямо перед ней. Красивая, ничего не скажешь, даже грозный шлем имелся. Пластинчатая полная броня была покрыта синей дымкой от даров с «защитным покровом». Большинство даров оказались с тусклыми рунами, но их количество потрясало.

Сколько здесь пластин? Сто? Двести? Но и среди них попадались дары со светлыми рунами, поэтому подтащив броню поближе, я стал прикасаться к нужным пластинам и собирать дары, перекидывая их в тугрики, которые нашёл в сумке у Великого.

— Слушай меня внимательно, второй раз повторять не буду, — пока я занимался полезным делом, заодно начал разговор, — Будешь орать, я башку твою засуну в печь и на это всё закончится. Ты меня понял? Если понял, то кивни головой.

Толстяк тут же закачал головой, приняв правила моей игры. Создав маленький огненный шар, я метнул его в серебряный подсвечник. Во дают, вроде кочевой народ, где каждый килограмм в поклаже на счету, а тут такая роскошь. Хотя пойманный мной кабанчик наел этих килограмм гораздо больше.