— Я давно просила Глеба, чтобы он нас познакомил. С вами, с Ариной. Мы ведь собирались пожениться, — снова «хлоп»-«хлоп», судорожный всхлип.

Все вроде логично, но вот интуиция моя воет сиреной. А интуиции я привык доверять.

— Да, Глеб говорил, — киваю неопределенно, давая ей возможность высказаться. — Но раз не знакомил, значит, у него были на то основания.

— Он меня ревновал, — трагичным голосом отвечает Виолетта и всхлипывает. — У нас разница почти десять лет. Была...

«Почти как у нас», — мелькает некстати, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не скривиться.

Как ни кощунственно для меня сравнивать Виолетту и Арину, но именно сейчас я как никто понимаю Покровского. Я тоже не готов Арину ни с кем знакомить.

— Виолетта, я прошу прощения, возможно, к вечеру я не очень соображаю, но не могли бы вы более определенно озвучить цель нашей беседы?

— Демид, я боюсь! — она наклоняется ближе и переходит на шепот. — Мне больше не к кому обратиться, а Глеб всегда о вас так говорил... Мне нужна помощь, Демид!"

"— Чем дольше вы затягиваете с конкретикой, тем меньше у меня шансов вам помочь, Виолетта, — Выпрямляюсь на стуле, давая понять, что лежа ничего обсуждать не намерен.

— Глеб оставил мне документы, — говорит она еле слышно, — и я не знаю, что с ними делать. Вы можете на них посмотреть?

— Я могу все, — отвечаю ей, — вопрос в том, почему он оставил их именно вам.

— Потому что вас не было в городе, Демид, — продолжает она шептать, и каждый звук ее голоса отдается в голове звонким набатом сирены. Да что ж с интуицией моей сегодня? — Глеба загнали в угол, а кроме вас он не мог больше никому довериться. Вас и меня. Поэтому и отдал документы мне.

— Почему вы так долго ждали? — обрываю ее резко. — Почему сразу не пришли? Арину на разговор зачем выманивали?

— Я их только недавно получила, — Виолетта шевелит одними губами, — мне по почте пришли документы на ячейку и ключ. Я думала, Глеб мне деньги оставил, а там бумаги. Вы же понимаете, я жила для него, он сам сказал, чтобы я ни о чем не беспокоилась. И вопрос денег для меня сейчас стоит очень остро...

— Понимаю, но с деньгами мимо, — обрываю ее, — без обид. У меня правило, помогать только детям и больным. Могу попробовать помочь с работой, но подозреваю, вам это не подойдет. Я практически уверен, за то время, что были с Глебом, вы сумели собрать какой-нибудь капитал. И какое-то время сумеете протянуть без моего вмешательства.

Она шумно выдыхает, и это значит, что я не ошибся. Слишком хорошо знаю такой типаж. Так что пусть друг не обижается, содержать его содержанок я не подписывался.

— Так вы посмотрите документы? — поднимает прекрасные, подернутые пеленой глаза Виолетта.

— Конечно, посмотрю. Несите.

— Что вы! — она испуганно оборачивается. — Я не могу. Они у меня в номере, в сейфе.