В самом деле, он что, прирос к ее дивану?

Однако тут она услышала, как у Баграта забурчало в животе. И вдруг ей стало неловко. За весь вечер даже чаю ему не предложила, а гость, похоже, голодный. Что он закажет так поздно? Не чужой все–таки, отец Пашки, к тому же так самоотверженно с ним весь вечер водился.

– Могу предложить суп, – проговорила она со вздохом. – Хочешь?

Баграт отчего–то очень обрадовался ее предложению. Слопал целых две тарелки куриного супа с лапшой, а заодно гору оладий, которые она напекла в обед.

– Не знал, что ты умеешь готовить, – сказал он, с довольным видом отодвигая тарелку.

Надо же, она наконец дождалась от него первого комплимента.

– Ну все, мы спать, – проговорила она таким тоном, чтобы понял, пора ему восвояси.

Баграт нахмурился, но спорить не стал.

– Дай подержу на прощание и пойду, – попросил он, протягивая руки к сыну.

Милана дала…

И это было ее ошибкой.

Как только Баграт попытался вернуть ей малыша, Пашка разрыдался. Как будто смекнул, что этот большой и сильный человек сейчас уйдет и больше не будет устраивать ему вертолеты, катать на шее и развлекать.

– Как жалобно плачет, – заметил Баграт.

И продолжилась веселая жизнь.

В этот раз Баграту почему–то не удалось успокоить малыша. Пашка рыдал то у Миланы на руках, то у него. Как будто у ребенка включился какой–то особый плакательный режим.

– Наверно, опять десенки болят, – проговорила Милана, наблюдая за тем, как активно Пашка тер их грызунком. – Сейчас намажу обезболивающим гелем.

Пока Баграт держал горько рыдающего сына, проделала нехитрую процедуру.

Еще час качаний, игры, уговоров. И Пашка наконец затих.

Но как только Баграт попытался вернуть его матери, снова начал хныкать.

– Лучше держи его… – вздохнула Милана.

Все трое устроились на диване в гостиной. Баграт с малышом по одну сторону, Милана по другую. Она включила какой–то фильм, укрылась пледом, подложила под голову подушку.

Сама не поняла, как заснула. Вроде бы закрыла глаза всего на секунду, а мозг отключился.

Проснулась неожиданно, взглянула на часы – два ночи.

– Ого… – тихо прошептала она.

Милана обернулась и увидела, что уснула не одна она.

Баграт, похоже, тоже спал.

Он полулежал на диване, крепко придерживая Пашку у себя на груди.

Милана аккуратно подошла, попыталась забрать ребенка.

И тут Баграт открыл один глаз, посмотрел на нее сонно, но рук не разжал.

– Дай Пашку, – шепнула она.

Аккуратно вытащила ребенка из огромных мужских лап и унесла в детскую. Малыш так крепко заснул, что даже перемена места его не разбудила.

Уложив ребенка, Милана вернулась в гостиную и увидела Баграта на том же месте. Он полулежал, сложив руки на груди и так сладко дремал, что даже похрапывал.