Однако не прошла и пари шагов, пошатнулась, почувствовала, как комната вокруг нее начинает кружиться. И вдруг упала, хорошенько приложившись лбом о холодильник.

Свет померк.

* * *Баграт водил возле сына корабликом по воде, когда услышал какой–то приглушенный стук. Странный звук – будто упало что–то тяжелое.

Насторожился. Хотел тут же посмотреть, что случилось, но вспомнил наставление Миланы – никогда не оставлять Пашу в воде без присмотра.

– Милана? – позвал он.

Громко позвал, так, что наверняка услышала бы. Но она почему–то не ответила.

Недолго думая, он вытащил сына из ванной, закутал в полотенце и отправился смотреть, что случилось.

Баграт увидел Милану на полу кухни.

Она лежала без движения и как–то странно дышала – со свистом, как будто задыхалась.

– Боже… – воскликнул он и опустился на колени рядом с ней. – Что с тобой?

Она не ответила, при этом выглядела совсем не такой, как он ее оставлял. Веки ее припухли, а шея покраснела.

Баграт на секунду замер, соображая, что делать.

В этот момент внутри него словно включился какой–то режим.

Он тут же начал действовать. Посадил Пашку в полотенце прямо на пол, достал из кармана телефон и позвонил в скорую. Сразу обратился в платную, обрисовал ситуацию.

– Она сипит, почти не дышит! – орал он в трубку.

– Не дайте ей задохнуться, – советовала оператор. – Умеете делать искусственное дыхание?

Баграт не умел, никогда этого не делал.

– Приезжайте скорее! – прорычал он, продиктовал адрес и повесил трубку.

Потом прислушался к Милане и вдруг понял – свиста, издаваемого ею при вдохе, больше нет. Она не дышит. В этот критический момент его мозг выдал невероятное: прочитанную когда–то инструкцию по оказанию первой помощи.

Запрокинуть голову, поднять подбородок, открыть дыхательные пути пострадавшего, зажать его нос двумя пальцами, сделать два вдоха рот в рот.

Он проделал все это на автопилоте, потом еще раз и еще.

Прошла минута, две, три, он все продолжал заполнять легкие Миланы воздухом, а скорая никак не ехала.

Наконец Баграт услышал бодрую трель дверного звонка, побежал открывать. В квартиру вошли два врача в зеленой униформе и поспешили к лежавшей на полу девушке.

Только тут Баграт вспомнил про сына, которого оставил на полу.

Пашка так и продолжал сидеть голый на полотенце, за все время не издал ни звука, лишь смотрел на происходящее круглыми глазами. Будто понимал, что сейчас Баграту не до него.

Он подхватил сына, отошел в сторону, давая медработникам простор. С замиранием сердца наблюдал, как Милане делали какой–то укол, а потом снова продолжали искусственно вкачивать в нее воздух.

– Дышит, – наконец, сказал один из врачей, тот, что меньше ростом.

Только после этого Баграт разжал плотно сомкнутые челюсти, выдохнул.